И тут появляюсь я.

Краткая проверка показала, что я силён, вроде как ни с кем не связан, не псих с маниакальными привычками, далеко не столь не отёсан, как львиная доля охотников, поисковиков и наёмников, обладаю рядом крайне полезных навыков, которые помогут выжить самому в самых сложных условиях, не потерять гордость и не запятнать честь клана. Всё это, конечно, мои собственные додумки, собранные по результатам разговоров с Инварой, её сыном, слугами и приближёнными людьми главы. Ещё месяц назад мне светила должность только рядового бойца в дружине клана, и подниматься до должности десятника или аналогичного по рангу охотнику либо поисковику мне пришлось бы долго. Но вышло как вышло. Шанс? Да ещё какой! Что же до риска, то я и до этого не раз оказывался на грани, чтобы обращать внимание на это. Куда неприятнее для меня ограничение моей свободы. Принадлежность к клану накладывает определённые обязательства. Но я рассчитывал за несколько лет отделиться от клана, став главой отдельного свободного рода. Даже если не смогу к этому времени набрать верных людей — плевать. Мне хватит и статуса кланового, который откроет множество дверей и путей развития.

Да уж, вот я расплылся мыслью вширь, хотя суть кратка: Инвара хочет усыновить меня и отправить в академию вместо Краала. Самое главное — я согласен, хотя меня и мучает мысль про то, почему глава не нашла человека с такими же способностями среди подчинённых или на стороне. Неужели так мало юношей или даже девушек — Инваре же всё равно кого отправлять на службу — подходящего возраста и с высокой ступенью? Или время настолько сильно поджимает, что не до поиска и женщина схватилась за первый подвернувшийся вариант? Хм, если подумать, то всё может быть в суммировании этих причин.

Окончательно приняв решение, я покинул свою комнату и направился к главе клана. Дорогу мне показывала Ройка. Недалеко от нужного места как из-под земли возник Краал.

— К маме? — спросил он меня.

— Да.

— Я проведу, — не спрашивая, произнёс он и махнул рукой служанке. — Ты можешь идти и заниматься своими делами.

— Слушаюсь, господин, — поклонилась та и поспешила выполнить указание.

Едва она исчезла за поворотом, как парень спросил, понизив голос:

— Что? Решил?

— Решил, — кивнул я с каменным выражением на лице. Но тут же улыбнулся и подмигнул, — брат.

По лице собеседника пронеслась целая гамма чувств. Он схватил меня в объятия и крепко стиснул. Но через секунду выпустил и отступил назад с пунцовым лицом. Явно смутился из-за своей вспышки чувств.

— Краал, я согласен с предложением твоей матушки. Но я должен ей рассказать кое-что о себе. И эти моменты могут заставить её передумать.

— Ерунда, — дёрнул он плечом на этих словах. — Её мало чем можно удивить. Она не передумает, — последнюю фразу он сказал так, словно не меня успокаивал, а себя.

Поведение Краала сказало мне очень многое. Получается, что попадание в плен сломало не только мать, но и сына, хотя тот полностью излечился благодаря мне. Тело стало здоровым, а вот в душе поселился страх.

Да уж, с таким настроем точно не стоит идти в Академию. Помнится, Кира рассказывала мне, что из-за интриг, дуэлей и боевых операций за пределами академических стен гибнет до десяти процентов рекрутов. В таких условиях надломленный и неуверенный в своих силах молодой человек имеет все шансы не вернуться домой. С учётом врагов клана Рансур, которые там точно будут, шансы выжить у Краала ещё больше снижаются. Любой воспользуется его душевной раной, чтобы углубить её, расширить, посыпать солью с ядом и в итоге довести парня до смерти.

Сопроводив меня до двери кабинета родительницы, Краал что-то пробурчал и ретировался.

— Здравствуй, Иван, — поздоровалась со мной женщина, когда я перешагнул через порог. — Закрывай дверь и присаживайся.

— Добрый день, госпожа, — ответил я.

Плотно прикрыл дверь, как было сказано, сделал несколько шагов и опустился на небольшой диванчик с высокой резкой спинкой и подлокотниками, частично деревянными, частью с мягкой обивкой. Он стоял в двух метрах напротив большого стола, за которым сидела Инвара. Перед ней стояли несколько невысоких широких шкатулок. Рядом с ними лежали стопки бумажных листов, тонкие свитки. Некоторые из них торчали из полупрозрачной желтоватой вазы с гранёными стенками. Ближе к краю расположились несколько чернильниц, стакан с перьями и слабо дымилось нечто похожее на кадильницу, только на трёх ножках и вместо крышки имевшее стаканчик с чем-то тёмно-красным. Возможно, там разогревался сургуч для запечатывания писем.

— Ты принял решение, Иван? — сразу перешла к делу женщина.

— Да. Я готов стать вашим приёмным сыном и отправиться служить в академию на год, госпожа, — ровным тоном сказал ей.

— Очень хорошо, — черты лица Инвары смягчились, ушла напряжённость. — Тебе есть что мне сказать о своём прошлом, пока не пришло время для ритуала?

— Да, — повторил я. — У меня есть враги за хребтом. Подозреваю, что могли направить ищеек за мной и сюда.

— Ты так важен для них? Что ты совершил?

— Ничего. Просто таким родился…

— Война родов? — перебила она меня.

— Нет, дело совсем в другом. Позвольте я всё сейчас расскажу по порядку…

Информацию о себе я подал почти правдивую, просто слегка вывернул ряд фактов. Подал себя, как родившегося с уникальной особенностью души и тела, которые не имели проблем в деле поднятия по лестнице Возвышения. Мог легко брать по три ступени в год и изучать почти любой талант. Четыре из пяти их становились моими. Я мог изучать навыки абсолютно разные, мешая творческие с воинскими и магическими. Ко всему прочему мне было по силам по чуть-чуть увеличивать оба сосредоточия с энергиями, а не только одно.