— Я не сильно расстроился. Старая Агна была та еще горлопанка. Всегда знала всё лучше всех и всех поучала, даже тэна.

— Вот и хорошо, значит тебя не сильно расстроит обряд.

— Что за обряд?

— Тебе лучше не знать.

— Лучше, так лучше.

Тэн со свитой удалился, а мы стали собираться на погост. Командовала Бьёрк. В результате мы набрали каких-то специальных дров, специальных трав, настрогали специальных колов. Она обчистила всех. Забрала всю серебряную проволоку и приказала на каждый кол сделать кольцо из серебра. Перерыла весь Кистхус и у кого-то отжала на время специальный котел. К обеду она посчитала приготовления законченными, и мы наконец выдвинулись.

В отличии от Айсборга, где кладбище находится практически за крепостной стеной в Кистхусе до него пиликать было прилично. Добрались мы со всем скарбом уже после обеда. Бьёрк снова взяла командование в свои руки. Мы таскали по погосту колья, расставляли камни, готовили площадку для костра, устанавливали котёл. Бьёрк долго ходила по погосту, но наконец ткнула пальцем и скомандовала.

— Старую Агну кладите сюда.

Мы подтащили сверток с драугром в указанное Бьёрк место и уложили на землю. Местные колдовские обряды тяготели к кулинарии, что неудивительно. Вся северная мифология крутится вокруг волшебных котлов. Вот и Бьёрк налила в свой какой-то специальной жидкости, чего-то набросала, зажгла собранные нами специальные поленья. Посыпала поленья каким-то порошком, из-за чего цвет пламени сменился с рыжего на черный. Вспомнился анекдот про Василия Ивановича, Петьку и костер из резиновых покрышек.

Постепенно стало слышно бульканье и над котелком появился парок. Почему-то я совсем не удивился его зеленому цвету. Разработчики в очередной раз поиграли стереотипами. С другой стороны, узнавание есть? Есть. Что еще надо?

Бьёрк помешивала своё колдовское варево и что-то под нос напевала. Пар из котла валил все гуще, но в отличие от обычного пара он не поднимался вверх, а растекался по земле, смешиваясь с черным дымом костра. Облако черно-зеленого пара добралось до драугра и скрыло его. Некоторое время ничего не происходило, но потом на месте драугра стало проявляться зловещее синее свечение.

Вот вроде бы синий цвет. Ну что в нем может быть зловещего, но сейчас я чувствовал, как по спине побежал холод, а ладони мгновенно вспотели. Свечение набухло и плеснуло во все стороны. Там куда оно попадало, тоже стали разгораться синие шары. Бьёрк не прекращая обряд коротко крикнула: «Готовьтесь, сейчас начнется!»

Что начнется? К чему готовиться? Синие шары рванули обратно к тому месту, где лежал связанный драугр и слились в один большой шар. Черно-зеленый пар начал втекать обратно в котел. Привет физика, прощай здравый смысл. Пока я отвлекся на пар фигура драугра претерпела значительные изменения.

Кажется, части тел со всего погоста приползли и собрались в одно огромное тело. Система подсветила название «Огромный драугр». Ну что сказать, оригинально.

Последние капли пара вернулись в котёл, последние слова допела Бьёрк и чудище встало с земли. Веревки, когда-то удерживавшие исходного драугра или, уже лопнули или оказались где-то внутри туши. Бьёрк пулей метнулась нам за спины, на ходу доставая пращу. Биться с чудищем похоже придется всем. Первая стрела Альвгейра просвистела над нашими головами и впилась в тушу драугра. Мой мозг взорвался.

Пришел в себя я через несколько мгновений. Голова раскалывалась, в глазах мельтешили разноцветные пятна. Туша драугра металась на пятачке, ограниченном кольями. Драугр явно не любил серебро. Встал, перехватил меч и щит и пошел навстречу чудовищу. В древних играх такую тушу назвали бы боссом, а тут просто огромный драугр. Я закричал и ударил мечом по туше. Дальше все как в тумане.

Я рубил, колол, уклонялся. Несколько раз уклониться не удалось, и я улетал от драугра, с обещанием вернуться. Понял, что я сильный. Каждый удар вырывал из туши драугра куски плоти. Еще понял, что я легкий, по крайней мере для этой туши. Все мои хирдманы постепенно отошли от первого ментального удара и тоже включились в битву. Особенно красиво смотрелась Уна. Как настоящая валькирия носилась она вокруг драугра и разила своим новым копьем.

Альвгейр и Бьёрк обеспечивали огневую поддержку. Альвгейр применял стрелы с серебряными наконечниками, а Бьёрк метала пращой какие-то склянки. Чудище вертелось в абсолютном молчании. Краем прошла мысль, что обычно в играх все чудовища издают какие-то звуки. Потом подумал, что для звуков нужен воздух, лёгкие и связки, а у трупов с ними тяжело.

Бреки изловчился и с помощью топоров взобрался по спине чудовища до самой головы. Размахнулся и вонзил оба прямо в макушку. Топоры с чавканьем погрузились в плоть. Движения чудовища замедлились. Потом оно остановилось. Изнутри стал пробиваться синий свет. Бьёрк закричала.

— Бегите глупцы!

Мы бросились врассыпную. Синее свечение стало нестерпимо ярким, а потом тушу драугра разметало ошметками вокруг. Мы хоть и успели укрыться, но кровавая каша смогла облепить всех. Мне, Хвидульфу и Вифриду повезло больше остальных — у нас были щиты. Больше всех истерила Уна, от нее я таких плохих слов раньше никогда не слышал. В общем чиститься и чиститься.

С драугра выпало как-то мало интересного, в основном ржавое оружие и обрывки брони. А вот в одной из старых могил нашлась новая секира для Бреки. Кромсатель, Урон 27–34, Множитель критического урона 1.35, Урон при пробивании доспеха 6, Прочность 26/26, +10 % урона обездвиженным врагам. Бреки вцепился в секиру как маленький ребёнок в машинку. Гладил её, любовался бликами света на лезвии. Секира действительно выглядела классно. С такой секирой нужно подумать над новой тактикой. Нечего Бреки лезть вперед, будет как Уна воин второго ряда.