Рассвет открыл нашим глазам всё великолепие храмового комплекса. Я вообще-то ожидал что будет дом, а увидел перед собой сплошную зеленую стену выше человеческого роста. По периметру стены примерно через каждые шесть метров стояли каменные столбы. На столбах висела золотая цепь. Некоторое время я стоял в ожидании появления кота. Не дождался, а может его и не было. Пока ждал посчитал столбы. Если предположить, что это квадрат, то его сторона будет примерно пятьсот метров. Ничего себе цепочка — два километра золота. И как ее еще никто не украл? В центре этого зеленого моря виднелся огромный дуб с зеленой кроной. Я повернулся к Бьёрк.

— Меня, что глаза обманывают? На дворе ранняя весна, а там зеленый дуб.

— Это священное дерево Тора. Оно всегда зеленое.

— И зимой?

— И зимой.

— Обалдеть. Как нам туда попасть?

— Надо подойти поближе, в стене есть проход.

— Тогда пойдемте.

Мы двинулись к стене. Примерно в центре между двух столбов обнаружился вход, рядом с которым стояло несколько мужчин в белых одеждах. Бьёрк наклонилась к моему уху.

— Это привратники. Говори с ними с почтением.

— Понял.

Примерно за три метра до входа один из привратников остановил нас жестом руки. После этого он подошел к нам.

— Зачем вы пришли на священную землю?

— Нам нужно узнать у гидьи про лекарство для одной девушки.

— Это не всё!

— Еще про обряд для нашей видящей и про долину гигантов.

— И это не всё.

— Ну и вроде как про волю богов.

— Ты слишком непочтительно высказываешься про богов тэн Айсборга.

Похоже тут на самом деле меня уже каждая собака знает, а вот я нет.

— Нисколько жрец. Про волю богов мне сообщили не они, а одна колдунья, поэтому я в сомнении.

— Никогда нельзя сомневаться в вестниках, несущих их волю.

Ага, щаз. Знаем мы таких вестников. Много фильмов разных смотрели, про махровых аферистов.

— В храм могут войти только тэн и видящая. Оставьте всё оружие своим спутникам. Мы с Бьёрк отдали висящее на виду оружие. Мешки у нас не проверили. Интересно так верят или надеются на божественную защиту. Хотя, если тут только местные появляются, то они выполняют все указания строго. А вот когда здесь появятся игроки всё может и поменяться.

Мы вошли в проход и уперлись в зеленую стену. Это что лабиринт? Спросил об этом Бьёрк.

— Да, мой тэн. Чтобы дойти до храма нужно преодолеть лабиринт. Пока идешь подумать о своей просьбе.

— Ты дорогу знаешь?

— Нет, боги сами нас приведут. Да и дорога каждый раз разная.

— Тут что стены двигаются?

— Ночью какие-то проходы открываются, какие-то зарастают. Все по воле богов. Точнее богини. Жена бога Тора — богиня Сиф хранительница плодородия. Её растения охраняют проход к храму мужа от нечестивых помыслов странников. Кто-то, поплутав по лабиринту возвращается к воротам, а кто-то остается в лабиринте навсегда.

— У нас вроде все помыслы чистые, надеюсь не заплутаем.

Справа был проход, и мы пошли в него. Насколько я помнил, чтобы не заблудиться в лабиринте нужно было сворачивать только в одну сторону. Что-то меня смущало пока мы двигались по лабиринту и наконец я понял. На небе не было облаков и солнце активно карабкалось по небосклону. А в лабиринте был полумрак. Бьёрк сказала, что это сделано специально, чтобы путники доверились чувствам. И при этом выразительно на меня посмотрела. Я внутренне сопротивляясь всё-таки убрал руку от стены и пошел за Бьёрк.

Это сработало и минут через двадцать мы вышли в центр лабиринта. В центре обнаружилось круглое строение вокруг ранее увиденного дуба. Прямо перед нами в стене был полукруглый вырез, как будто ложкой отломили кусок торта. В этом вырезе находился каменный котел. Из стены дома в котел падала вода источника, а через выемку на противоположной стороне вытекала и терялась в отверстии на земле. Мы пошли вокруг дома. В восточной южной стороне обнаружился вход. Внутри было светло. Крыши как таковой не было, да и большое количество ярко начищенных металлических толи блюд, толи подносов, толи щитов отражали свет внутрь помещения.

Возле ствола дуба стоял каменный идол Тора. Другого варианта как-бы и не было. Перед идолом стояла чаша для подношений. В центре чаши горел огонь. Странно, но ни дров, ни угля в чаше не было. Огонь горел сам по себе. Не газ же туда подведен. Возле чаши стояла молодая девушка в белых одеждах. Мы с Бьёрк стояли и ждали, когда она отвлечется от молитвы.

Наконец жрица открыла глаза и повернулась к нам.

— Приветствую в храме Тора прославленного тэна Андбьёрна, сына Ингвара, правителя Айсборга.