Ученые сделали вывод, что регаты становятся умней. Группы монстров увеличиваются, а убить их всё сложнее. В доказательство тому привели пример недавнего нападения невидимых чудовищ на Казань, где маги еле смогли отбиться.

Подходящего ко мне человека заметил сразу, однако не отрывался.

— Здравствуйте, Алексей, в город собираетесь?

— Здравствуйте, Иван Фёдорович. Да, у меня свои планы, — сухо ответил я и вернулся к чтению.

Я планировал встретиться к Лесси и вместе с ней подумать над решением её проблемы. Поэтому отверг все предложения новых друзей. Сохранить инкогнито для меня было куда важнее развлечений.

— Что читаете? — поинтересовался Иван Фёдорович.

И чего он пристал ко мне?

— Статью. С удовольствием с вами поделюсь выводами ученых о развитии регатов, — улыбнулся я.

— Буду рад послушать, раз такое дело, — хмыкнул он.

Улыбка исчезла с моего лица. Я-то расчитывал отпугнуть его этой темой. А вот оно как вышло… Сам получается и напросился на дальнейший разговор.

— Замечательно, — победно улыбнулся Иван Федорович, словно достиг только ему ведомой цели. — Давайте найдём тихое место, где вы мне всё и расскажете.

Я кивнул. Понимал, что он хочет отнюдь не о регатах поговорить.

Мы прошли к учебному корпусу видящих, где проходили основные занятия. И всю дорогу я пересказывал ему статью. Из вредности. Пересказывал я почти дословно, поскольку память у меня была хорошая. Видно, во время перемещения хранилище мозга опустошилось, и ему срочно требовалось чем-нибудь заполниться, чтобы там не завелись опасные тараканы. А Иван Федорович делал вид, что это безумно интересная информация, хмурился и кивал. Он открыл дверь первого на пути класса в пустом коридоре и жестом пригласил меня войти.

Я встал возле учительского стола и вопросительно посмотрел на него.

— В самом деле, раз монстры становятся так умны, то и наша магия должна развиваться. Думаю, скоро придумают дроны, которые можно будет заряжать маной и отправлять прямиком в гнездо, — рассуждал Иван Федорович.

— Удивительно, что этого до сих пор не сделали. Но вы же не об эволюции регатов хотели со мной поговорить? — Ответил я.

— Вы угадали, Алексей. Так получилось, что меня назначили вашим куратором. Вчера позвонил Лев Борисович и передал, что у вас какие-то проблемы. Я получил выговор за то, что с этим вопросом вы пришли прямиком к генералу, а не сообщили напрямую мне.

— Так откуда мне было знать, что вас назначили моим куратором?

Интуиция подсказывала, что Иван Фёдорович об этом специально умолчал. А теперь раскрывает карты в выгодный для себя момент.

— Поэтому и решил сообщить вам. Раз вы так удачно попались мне на пути, когда я шел в архив по своим делам.

Я кивнул, делая вид, что поверил.

— Если всё так удачно складывается, может быть вы выслушаете мою просьбу? Это правда, очень важно.

От еще одной попытки с меня не убудет. А вдруг…

— Если это не касается учебного процесса или вашего дара, то это не в моей компетенции.

— Но у вас могут быть нужные связи.

Он косо на меня посмотрел. Я шумно выдохнул и решил не унижаться. Не хочет помогать, как хочет.

Я пошел к двери, но стоило её открыть, как позади послышалось:

— Мне как раз нужен стажёр. Обычно на стажировку берут третьекурсников, но я договорюсь. Вижу, что у вас очень важное дело.

Дверь закрылась, а я обернулся и ответил:

— Очень важное.

— Тогда слушаю. Помочь не обещаю, но выслушать могу.

Я подробно рассказал, что случилось с сестрой Лесси. Что-либо утаивать я не видел никакого смысла. Иван Фёдорович внимательно слушал, не перебивая. Лишь периодически кивал.

— Одного не понимаю, как вы узнали то, что произошло во всех подробностях? — спросил куратор после того, как я завершил историю.

Этот вопрос был ожидаем. И ради установления доверительных отношений я был готов сдать один из своих козырей. Тем более, чего удивляться, что видящий видит призраков.

— Призрак рассказал. Который там находился. А я мимо проходил.

— Призрак? То есть теперь вы не отрицаете наличие дара?

— Не отрицаю.

— Хм. Хорошо… это хорошо. Только вот многое не сходится… Мимо говорите проходили?

— Ну да. — Я лишь пожал плечами и сделал скучающий вид.

Куратор в это начал в задумчивости мерить шагами кабинет. Минут через пять он начал говорить:

— В данном случае ей точно не отвертеться от обвинения. Но можно попробовать запросить условный срок и часы общественных работ, если девушка сдаст всех подельников. А она сдаст?