– Какой?
– сразу спросил мечник.
– По Вам не заметно, что на это уходит много сил?
– высказал Сефу верное предположение.

– Ты прав, сил уходит очень мало.
– мне стало интересно, почему он сразу обратил на это внимание.

– У жрецов главное ограничение в использовании веры - это выносливость тела?
– уже я сделал предположение.

– Почти, - утвердительно покачал головой мечник.
– Молитвы забирают не только выносливость тела жреца, они также забирают его ментальные ресурсы. Для их чтения нужна большая концентрация. Если будешь читать молитву не отдавая всего себя на это дело, она не сработает. Служители первых ступеней тратят очень много времени на тренировки тела и души.

– А что будет, если к примеру переборщить с молитвами?
– этот разговор всё больше и больше мне нравился.

– Чем выше ступень жреца, тем больше у него потенциал в чтении молитв, и тем хуже для него последствия опустошения. Молодой верующий потеряет сознание, проспит пару кругов. Опытный может потерять кусок памяти. Старшие жрецы при опустошении рискуют лишиться одного из чувств и впасть в глубокий сон на неопределённый срок. У всех по разному. Мы старались не доводить до такого.
– после этих слов мы молчали, пока я не вспомнил про вопрос мечника.

– Я могу манипулировать только мертвой плотью. Живой организм вряд ли сможет выдержать то количество некротики, которое необходимо для использования заклинания. Ну и ощущения будут очень неприятными. Очень.
– у мечника было много травм. Во время разговора, я попутно затягивал порванные мышцы, сращивал связки, чинил кости. Работы было много. Удивительно, как он вообще с таком состоянии мог нормально сражаться.
– Ты не ощущаешь свои повреждения?

– Нет, но ещё в битве с двуротыми тварями, заметил, что некоторые движения тела стали дёргаными или их сложнее повторить. Мне поэтому руку и откусили, не получилось нормально уклониться, хотя движение не очень сложное.
– что-то подобное я и ожидал услышать.

– Перед этим, тебе случайно не прилетело по лопатке?

– По самой лопатке нет, одна тварь откинула меня на стоящих позади скелетов.
– вспоминал мечник.
– Скелеты больше не встали.

– У тебя надорвались мышцы на спине, в руке лопнули связки. Это стало причиной снижения твоей мобильности.
– озвучил свои наблюдения.
– А как ты уклонялся от палок? Из твоих слов понятно, что уровень подвижности сейчас ограничен.

– Привык.
– буднично ответил он.
– Поверьте, это не первый раз, когда получаю такого рода повреждения. Умею подстраиваться под возможности тела.
– почти с гордость ответил здоровяк.
– Вот был случай на границе с гулами. Их мех мне тогда так ногу обил...

– Мех? От слова механический?
– пришла в голову ассоциация, но не успел я удивиться такому уровню технологий, как мечник меня обломал.

– Мех - это звания в их армии. Как Ваб-Ур у жрецов. Так вот...
– снова попытался рассказать мне про свой подвиг гигант.

– Не нужно. Сядь и вытяни ноги.
– Сефу всё же рассказал мне свою очередную историю. Слушал, честно признаться в пол уха. Точнее в четверть. ну или вообще не слушал. Не важно. Важно то, что пока мы были заняты "лечением" показались лучи Асторы, осветившие руины. Первые метров сто, руины мало чем отличались от уже встреченных ранее, а вот дальше начинались странности.

Внимательно осмотрев их, появилась мысль, что за ними всё это время ухаживали. Стены чистые, швы между камнями вычищены и не заросли мхом и ползучей травой, как это было во всех остальных поселениях. Дорожки между останками зданий было плохо видно, однако сразу заметно отсутствие больших валунов и камней. Которые там точно должны были быть. Не знаю, чем некроманты прошлого закрывали окна, но сейчас оконные рамы пусты и чисты. Нет ни мусора осыпающегося со стен, ни растительности. Всё выглядело так, словно в них кто-то жил.

– Господин.
– привлёк моё внимание мечник, так же как и я разглядывающий чистые руины.
– Посмотрите туда.
– указал он на одно из самых целых зданий.
– Это же...

– Скелет.

– Кар!
– снова чернворон подал Косею знак о необходимости идти дальше. Глубока тёмная ночь не давала бывшему служителю возможности самому построить свой путь. Мало того, что повсюду были твари различных форм и размеров, так ещё и тучи заволокли ночное небо. Луны почти не давали света.

– Ты уверен, что на тех деревьях не будет белокрылых?
– на всякий случай спросил юноша. За последние несколько кругов они уже трижды сталкивались с этими птицами. Неудобные противники. Быстрые, стремительные нападения оставляли мало шансов остаться на безопасной высоте. Особенно сейчас, когда Косей не мог воспользоваться молитвами. Раньше он без труда, сам смог бы идти по пустошам и мерзкие птицы не послужили бы преградой.

– Кар.
– подтвердил маршрут неживой спутник некроманта. Именно благодаря ему, Косей не погиб в воздушных волнах урагана. Во время неразберихи и суеты битвы, чернворон вцепившись в одежды лучника буквально оттащил его в противоположную сторону. Увидев надвигающиеся бедствие, птица спасла его, уведя за собой в противоположную сторону, тем самым дав возможность избежать близкого знакомства со стихией, которого Косей явно бы не пережил. С тех пор птица ведёт его по лесу в след за ураганом, редко принося очередную ветку полную зелёных, мелких ягод. А человек послушно следует за ней. Благодаря за заботу. Ещё в начале их знакомства Косей понял, что это не простая птица. Она разумна. Возможно разумнее некоторых людей. Да и вариантов у юноши не много. Выбраться к людям он всё равно не сможет. Без птицы, предатель веры не продержится и круга. Слишком он слаб сейчас. Не говоря о сильном сжимающем чувстве в груди. Оно возникает каждый раз, когда Косей подумает о побеге из пустоши. Он уверен, что так действует печать, о которой говорил некромант.