— Вы малыша как-то назвали? — поколебавшись, тихо спросил Северус.

— Степка, — улыбнулся Данила. И заворковал над черным зверёнышком: — Да, Степушка? Степка мой, Степан.

Львёнок перевел взгляд с потолка на лицо Данилы, прекратил сосать, подумал и, кивнув, продолжил трапезу. И глубоко, как-то облегченно вздохнула Багира в руках у Северуса. Посмотрев на мордочку, Северус увидел радостное выражение в глазах пантерки.

— И вправду всё понимают, — растерянно подытожил он.

— И это радует, — подтвердил Данила. — Не придется ждать от них неприятных сюрпризов. Жаль, к Дереку не пошли, он любит львов…

— Может, это потому, что они не львы? — осторожно предположил Северус. — Ну подумайте о его подходе к малышам как ко львам, а они-то как раз не львы, и им совсем не нужно такое обращение.

— Ты прав, — подумав, согласился Данила. — Они вандары, а не привычные нам лев и пантера, и значит, отношение к ним должно быть соответствующим. Но тут есть маленькая проблемка, Северус, мы не знаем, кто такие вандары и как с ними обращаться.

— Действительно, это проблема, — задумался Северус.

— И расстояния тут огромные, — продолжал тем временем Данила. — Три недели до побережья верхами добирались, а король Элессар из Средиземья несколько месяцев плыл по Великому Белегаэрскому Морю. Охренеть, как долго, ты не находишь, Северыч?

— А что вы предлагаете? — насторожился Северус.

— Как-то покорить здешнее небо, — на полном серьезе заявил Данила. — При этом не нанося ощутимый вред местной экологии, вот в чём задачка…

— И как вы это сделаете? Учтите, я самолетостроением никогда не занимался, — сразу предупредил Северус.

— Да и не светит оно здесь. Реактивное топливо хрен изобретешь. А парусиновые «этажерки» даже и планировать не стоит, это давно исчерпанная и сто раз устаревшая идея. Глупо начинать с этого, всё равно что заново велосипед изобретать.

— А почему невозможно создать реактивное топливо? — просто из вежливости поинтересовался Снейп.

— Потому, брат мой Северный, что принцип работы реактивного двигателя подразумевает собой сжигание топлива, смешиваемого с кислородом воздуха, и выброс продуктов горения, в том числе углекислых газов, в атмосферу, а означает сие тупое и банальное загрязнение этого чудесного, чистого, ни разу неиспорченного мира грубой грязной машинерией. Мы хоть и попаданцы, но не те гребаные нагибаторы, что с первого взгляда стремятся нагнуть всё и вся и напичкать отсталый мирок всеми благами цивилизации. Мы не те чертовы колонисты, которые несут свет познания голозадым аборигенам, коих надо всенепременно обрядить в штанишки, научить пользоваться ножом и вилкой и одарить такой нужной в хозяйстве чугунной сковородкой. Всем этим миссионерам отчего-то невдомек, что туземцы миллионы лет жили без штанов и сковородок и прекрасно процветали всё это время.

— То есть, другими словами, не хотите лезть в чужой монастырь со своим уставом? — улыбнулся Северус.

— Именно! — Данилка со всей широты души треснул ладонью по тощей Северусовой спине. — Тем более что этот мир нельзя назвать отсталым, напротив, он очень цивилизованный. Даже поцивилизованнее нашего будет.

— Правда? — заулыбался Северус, успевший полюбить чудесный мир.

— Конечно, — с теплотой в голосе отозвался Данилка. — Ты только подумай, сколько сил и смекалки вложено в обустройство эльфийских домов! И ведь ни одному человеку за тысячи лет не пришло в голову приручить вулканы и приспособить под свои нужды термальные источники земли. Всё, на что хватило их жалкой фантазии — это устроить курорты с грязелечебницами и драть с клиентов нехилые деньжищи за сомнительное удовольствие поплескаться в грязной луже. А тут… Да я ж офигел просто! Тут вам и ванна с уборной, и плита, и кузница! И вся эта домашняя прелесть обслуживается всего одним прирученным вулканом! А самое интересное заключается в том, что нефть здесь лежит на поверхности и эксплуатируется самой горой. Здесь сама гора решает, как и во что использовать свою природную жидкость. Вот где настоящее чудо, Северус!

— Когда вы всё это успели выяснить? — удивился Снейп.

— Так обошел же тут всё, осмотрел, облазил, — хмыкнул Данилка. Переложил львёнка, поменял руки и продолжил: — Расположение столовых особо умиляет: завтрак тут, обед там и ужин в третьем месте, прелесть что такое… Спальни опять же двойные — наружные и внутренние, с потрясающей вентиляцией насквозь и при этом никаких сквозняков. Изумительные зодчие эти эльфы, в плане архитектуры им просто равных нет! Так досконально знать местность, каждую пядь земли просчитать да подогнать под свои нужды, на это способны только те, кто понимает и уважает природу. И я знаю, о чём говорю, Северус. Ты знаешь, что я в первую очередь тут искал, когда пришел в себя?

— Что?.. — невольно затаил дыхание молодой волшебник.

— Пень! — многозначительно сообщил Данила. Северус поперхнулся.

— Пень?! — с изумлением переспросил он.

— Ага, пенёк, — закивал Данила. — Местный ближний лес обошел, те леса осмотрел, которые проезжал во время путешествия к морю, нигде нет пеньков со следами пил и топоров. Только бобрами обкусанную молодую поросль и нашел! — увидел недоумение на лице Снейпа и пояснил: — Я к тому, что деревопромышленность здесь явно не в почете. Корабли я видел, они из дерева, как и ящики, в которых котята сидели, но дерево, видимо, особых пород… вернее, лежалое, если верить качеству и окраске древесины.

— В смысле? — запутался Северус.

— Ну вот ящики те возьми, — нахмурился Данила, вспоминая. — Серые, неструганые, смолой не пахнут, это, конечно, не показатель, они могут быть просто старыми. Но корабли-то из горбыля не станешь строить?! Роскошные, кстати, корабли, из шикарной белой древесины, корпуса, конечно, побуревшие, обросшие ракушками и всем, чем полагается в морской воде, а внутренняя отделка палубных пространств осталась в первозданном виде, разве что отлакированная бесцветным лаком. Вот эти-то кораблики и не дают мне покоя — из какого дерева они построены, и были ли срублены эти деревья, или они были повалены грозой и только потом подобраны мастерами-корабелами?