— Доброе утро! — поприветствовал он их. — Желаете пройти в трапезную или предпочтете позавтракать здесь?

— В трапезную, — переглянувшись, решили супруги. Забрали из спальни детей, подождали, пока из соседних комнат выйдут их друзья и домочадцы, и последовали за сопровождающим.

Лошади и собаки, заслышав движение своих хозяев, насторожились и внимательно слушали. Потом как-то определив направление, двинулись вокруг дома вдоль его фасада и собрались под балконом-террасой утренней трапезной, снова поразив эльфов в самые глубины их изумленных душ. А лошадки, все такие оживленные, радостные, столпились внизу и вверх глядят, хозяев теплыми взглядами согревают, ржут приветственно и счастливо. А когда Лери к перилам подошла, и вовсе на дыбки встали, выплескиваясь в восторге.

— Привет, мои хорошие! — поздоровалась с ними Лери. Пересчитала по головам и удовлетворенно кивнула. — Вижу, все на месте, никто не пропал. И Красавчик тут! Как у тебя дела, лапушка?

Вот честно, Черный Красавчик чуть не расплакался от такого нежного отношения к себе — доброе же слово, оно ведь и кошке приятно, чего уж о лошади-то говорить… Только и смог, что губой задрожать благодарно.

— А этот откуда? — заинтересовались Франкелы с Данилой, ничего не зная о межмировых приключениях Гренковичей.

— Да вот, в канон к Анне Сьюэлл прогулялись, нечаянно наткнулись на двух болтушек, услышали от них о незавидной судьбе Черного Красавчика и съездили за ним, пока на корм цыплятам не пошел, — кратко и емко рассказала Лери.

— Тот самый Красавчик? — переспросил Дерек, с удивлением рассматривая коня. — А то смотрю — что за формы такие устаревшие?.. В наше время английские чистокровки не так выглядят, сейчас они более легкие и годятся только под верх.

— Ну да, — согласилась Лери. — В прошлом такие лошади были универсальными, одинаково годились и под седло, и в упряжь. Значит, по-твоему, он чистокровка? — с интересом посмотрела она на друга. — Просто в книге порода Красавчика не упоминалась.

— А в то время эта порода никак не называлась, — сообщил Дерек. — Просто универсальная упряжно-верховая лошадь. Тогда внимание больше уделялось гунтерам, специальным скаковым коням, пригодным для скачек и охоты на лис.

Эльфы, Северус и Келли сидели за столом тихо как мышки, не дыша, старательно грели уши, ведь из стороннего разговора так много можно узнать о своих гостях, куда больше, чем они сами сподобятся рассказать о себе. Правда, Келли с Эльдарионом и не слушали толком, о чем там взрослые разговаривали, они больше жадно пожирали глазами пятерых ребят, трое из которых были явно их возраста. Интерес был обоюдным — Люпин и Северус, Сюзанна, Дэвид и Калеб с той же долей любопытства поглядывали на своих пока незнакомых товарищей по будущим играм.

Тут всех в трапезной зале отвлекло некое обстоятельство в лице требовательной серой кошечки, пришедшей с веранды, на которой её устроили вчерашним днём.

— Мяу! — громко заявила она о себе. Лери развернулась от перил и посмотрела на кошку.

— О, Сороконожка пришла, хочешь есть? — глаза молодой женщины быстро обежали стол. Остановились на хозяине дома. — Можно я возьму немного отварной рыбы и риса? И вот эту тарелку?

Элронд поспешно кивнул, всем своим видом выражая готовность положить к её ногам весь мир. Всё что угодно бери, девочка! Слабо улыбнувшись, Лери взяла тарелку, положила в неё снежно-белого риса, раскрошила, отделяя от костей, рыбу, и поставила на пол подле своего стула. И села за стол сама, вспомнив, что голодная.

Какое-то время за столом стояла сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь позвякиванием приборов о посуду и детским чавканьем. Потом раздался неуверенный смешок. Это хихикнул Келли, бросивший взгляд на кошку. Проследив за его взглядом, засмеялся Эльдарион, запищали позабавленные малышки Морвинион и Гиль Эстель. А там и взрослые эльфы подключились, от удивления перестав есть. Ну, было от чего, ведь юморная кошка так смешно ела, так забавно: сидела перед тарелкой и правой лапкой хватала кусочки рыбки, подносила ко рту и брала в рот, совсем по-человечески…

Данилка явно смутился и попытался извиниться за странное поведение кошки, но Лери обрубила его извинения на корню, сказав с облегчением:

— Ну слава богу, можно жить, если она ест так, то это значит, что в этом мире всё в порядке.

— А если бы не всё в порядке было, как она себя вела бы? — тут же спросил Данила.

— Спряталась бы где-нибудь и сидела тихо, — пояснила Лери, с улыбкой наблюдая за кошкой. — Сорока у нас самый точный индикатор безопасности. Если она ест лапой, то поблизости всё стабильно. У неё были, почитай, целые сутки для того, чтобы оценить этот мир, — договорив, Лери взглянула на эльфов. — А вот за лошадей я прошу прощения за то, что они не дали разместить себя на конюшнях. Мне правда очень жаль, что они вытоптали землю в саду под окнами…

— О нет, не извиняйся, ничего страшного не случилось! — возразил Элронд. — На самом деле поведение ваших лошадей вызывает уважение. Никогда не видел настолько верных коней, а ведь я немало повидал таких: преданных и замечательных.

— Спасибо, — поблагодарила Лери и задумалась. Посмотрела в сад, на спины лошадей, на виляющих хвостами собак и пробормотала: — Не помню, Реймонд прошел с нами?

— Прошел! — заверил великан, для которого в конце стола установили глубокое кресло, так как для стула он был слишком габаритен. — Видел я, как его отловили и увели к коровам.