— Успокойся, — спокойно произнес император и протянул дочери стакан с соком. — Выпей! Дело в том, что предварительный анализ привел аналитиков к однозначному выводу, что такая удача невозможна по определению. Захват яхты уже из ряда вон выходящее, а чтобы на ней добраться до Земли не просто удача, а дичайшее везение. Заметь, все это проделывает молодой парень, недавно окончивший школу на окраинной планете.

— И ему сразу прислали приглашения три университета, далеко не посредственных! — возразила Джессика. — А то, как он носился по кораблю, когда нас преследовали? Нам об этом известно, расспрашивали искусственный интеллект судна, она нам и кое-какие записи показала.

— И часть из происходящего на яхте волшебным образом исчезла, — буркнул Кортнев. — Потерта до такой степени, что ни байта восстановить невозможно.

В этот момент к беседке скорым шагом подошел секретарь императора, держа в руках сотовый.

— Господин Орлов, простите, но это срочно и касается последних событий, — произнес молодой человек.

— Слава, спасибо, — встал император со своего места и взяв смартфон коротко сказал: — Слушаю.

Что ему говорили неизвестно, но когда брови, всегда невозмутимого и умеющего держать маску отца Дианы, взметнулись вверх, то все находившиеся в беседке поняли, что он потрясен. Правда, длилось это всего лишь миг, после чего вокруг господина Орлова возник защитный контур, не позволяющий ни подслушать, ни считать эмоции, ни понаблюдать за аурой.

События глазами Михаила Князева.

Сон, превращающийся в кошмар, на этот раз начинался немного раньше. Я шел, держа за руку красивую и родную женщину. Гм, ну, как шел, с трудом переставлял ножки и чему-то радовался. Красивый особняк, похожий на миниатюрный замок, приветливые слуги, стоящие на стоянке большие и сверкающие машины. Намечался какой-то прием, судя по приезжающим гостям. А меня интересовала кошка Мурка, нагло укравшая один из моих мячиков, о чем я уже всем пожаловался на своем языке, который еще плохо понимают, чем меня раздражают. Зато для меня не секрет, о чем говорят взрослые. Правда, не во всем разбираюсь, но так я еще маленький. Мелькнули картинки, как мать о чем-то говорит с отцом, а тот хмурится. Почему-то праздник свернули раньше запланированного, охрану усилили, меня стали укладывать спать и в это время прозвучало несколько взрывов. Посыпались стекла из окон, какой-то шум, крики, перестрелка. Меня подхватила на руки няня и вместе с охранником побежали из детской. Две фигуры, одетые в черное, перегородили им дорогу. Короткая автоматная очередь и мой охранник заваливается. Няня закричала, а потом захрипела ее в сторону оттолкнула прибежавшая мама. Короткая схватка, двое трупов упали к ее ногам, а с длинных серебристых когтей, которыми они располосовала нападавших, капает кровь.

— Сынок! — села она перед няней и взяла меня из ее рук.

Оглянулся, у той, которая за мной присматривала из горла торчит рукоять ножа. Когда в нее метнули оружие? Но где же нежные мамины руки? Их покрывает чешуя, зрачки изменились, но я чувствую нашу связь.

— Найса! — звучит грозный окрик.

— Сынок, не бойся, — шепчет мама и оставляет меня на полу, а сама встает и разворачивается к еще одному врагу и отвечает: — Мое имя Нина! Мы давно сделали выбор и не…

— Выбора вам никто не давал! Или с нами или никак, — щерится ее оппонент.

Кто он? Одна рука приобрела какую-то уродливую лапу с короткими когтями, а во второй руке зажат укороченный автомат.

Мама закручивает вихрь, вокруг нее образуется защитная сфера, но убийца весело смеется и нажимает на курок. Автомат выплевывает пули, я кричу и тяну руки вперед, стараясь влить свою силу в защиту. У меня даже получается. Но купол начинает рассыпаться, пули ударяют в мамино тело, голову, а пришедший смеется и медленно подходит к держащейся за стенку женщине. Она пытается что-то сказать, но не может, а убийца совершает короткий взмах своей изуродованной лапой и его когти рвут кожу на маминой шее. Черные узкие зрачки уставились на меня, а в коридоре появились еще действующие лица. Один из наших охранников тащит отца, тот что-то хрипит и с его пальцев слетают непонятные шары, исчезающие в стенах. Разгорается огонь, воняет гарью, а убийца зло оскалился, почему-то его никто кроме меня не видит. Сфера! Он заключил себя в купол невидимости. Откуда знания? Понятия не имею, но зато собираюсь ее уничтожить. Последние крохи магии собираю и направляю в убийцу, защита лопается и вот тут его замечает отец и убитую жену. Ощущаю, что он смертельно ранен и жизнь из него уходит. Как он оказался на ногах? Как сумел мгновенно преодолеть чуть ли не десять метров? Но одними руками, пусть и измененными оторвать врагу голову, а потом с хрустом выдрать из тела недруга руки? Хотел бы ему помочь, да магии не осталось, перед глазами все плывет, на губах соленый привкус из слез и крови. На какой-то миг теряю сознание, еще два бандита против отца, а меня тащит на руках прихрамывающий охранник. Боль ударила по моему источнику! Оборвалась еще одна связующая нить, это погиб отец. А мы уже на территории поместья. Разгорается пожарище, начинают стихать выстрелы и крики. Где-то звучат сирены и слышится шум от полицейских флаеров. Навстречу нам, ковыляя, идет садовник, весь перемазанный в крови.

— Арчи, ты как? — смотрит он на того, кто пытается меня спасти.

— Сержен, найди Силену, пацана необходимо спрятать, за ним придут, а защитить его уже некому, — с трудом ворочая языком, проговорил охранник и стал опускаться на колени.

И вот я на руках садовника, из глаза которого катится скупая слеза. Он меня к себе прижал, по волосам гладит и что-то бормочет. Силы вновь покидают, очнулся в странном месте, сначала и не понял где. Сержен о чем-то спорит с какой-то старой женщиной, и они время от времени тычут пальцами в пищащий радар.

— Ставь ему блок, возможно примут за обычного ребенка, — произносит садовник, управляющий разведывательным космолетом.

В эту рубку управления меня брал отец, поэтому не мог не узнать потертое кресло и штурвал, который с восторгом крутил, когда корабль находился на стоянке.

— Сержен, ты уверен? Его вряд ли кто снимет, а без способностей парню будет тяжело, — ответила старуха.

— Нас все равно отыщут, даже невзирая на удачливость Михаила, — дед устало потер глаза. — Да и наш срок уже подходит, неужели не ощущаешь?

— Ты прав, — вздохнула старуха. — Но сперва необходимо понять, как и где мальчика спрятать.

— Поздно, — мрачно сказал дед и указал на две пищащие точки на радаре. — Надеялся, что у нас есть время, но нам сели на хвост. Сколько-то от них сумеем уходить, дней десять, не больше.

— А толку? Мы уже и так на окраине империи, — покачала головой его спутница. — Ищи какой-нибудь корабль, подкинем им мальчика, а сами хвост за собой уведем.

— Ты ему выставишь блоки? — спросил дед.