– То есть действовал шпион? – разволновалась Элиас.

– Гость моего отца так предполагает. Считает, что кто-то сдал их маршрут.

– Клянусь, Бартлетт, я найду того, кто подстроил засаду. И добьюсь, чтобы предатель понес заслуженное наказание, – вслух произнесла Элиас, когда осталась одна и укрылась от посторонних глаз в летней беседке, где была так счастлива однажды.

Взяться за расследование немедленно не получилось. Пришлось отложить из-за одолевшего Элиас недомогания. Девушку постоянно рвало и мутило. Стала болеть спина, да так сильно, что она вообще не могла найти удобного положения для сна. Так почти и не спала ночами.

Еще ей пришлось выдержать трудный разговор с родителями.

– Элиас, – приступила к деликатной теме Фелиция. – Мы с папой считаем, надо принять предложение доктора. Ты родишь тайно и отдашь ребенка.

– Ни за что, – заявила строптивица. – Мама, ты в броне светских условностей. Мне все равно, что будут болтать люди.

– Милая, – мягко произнес Франки, – просто мы смотрим наперед и желаем тебе лишь счастья. А в создавшейся ситуации не видим другого выхода, как скрыть рождение этого ребенка.

– Нет, нет и нет! – стояла на своем девушка.

– Ты не понимаешь, – уже более жестко сказала Фелиция. – Наш король строгих правил и чтит закон морали. Как только до него дойдет новость, что девица Морлимеров согрешила, он лишит твоего отца должности. Заметь, весьма хорошей должности. И доходной. Из-за твоего сумасбродства, мы все останемся без гроша.

О таком Элиас как-то не подумала. Папа смотрел на нее с грустью, и до нее дошло, сказанное Фелицией, правда. Из-за ее строптивости вся семья может лишиться привычных привилегий. В то же время, при упоминании имени короля, Элиас пришла в голову одна идея.

– Я лично отправлюсь к королю, – решительно заявила она. – Признаюсь, что ношу ребенка князя Бартлетта Мюрая. Уверена, король скорбит о смерти своего подданного и обрадуется, что у князя вскоре родится наследник.

– Вряд ли, – не поддержал энтузиазма дочери Франки. – Король никому не доверяет. Он может подумать, что ты просто прикрываешься именем погибшего, чтобы скрыть свой позор. Владыка не поверит тебе, еще и в темницу упечет за клевету.

Элиас металась в своей комнате, не зная, как поступить. Она не может отдать ребенка. Не может. Но в словах родителей имелся свой резон. А что, если скрыться? Убежать от всего света? Но куда? Папа с мамой не смирятся с исчезновением дочери, объявят в розыск. И графиню найдут либо королевские охотники, либо выдадут местные жители, соблазнившись объявленной наградой. Остается чужбина.

Элиас всерьез начала обдумывать план побега, но бежать ей не довелось. Щекотливую ситуацию спас граф Рид Руссель.

– Элиас, – с несвойственной ей поспешностью появилась как-то в комнате дочери Фелиция. – Граф Руссель попросил твоей руки. Он прямо сейчас обсуждает с Франки детали свадьбы.

Впервые видела Элиас свою чопорную маму в таком взбудораженном состоянии. Невероятно, но ленты на шляпке Фелиции болтались незавязанными, а на лице отражались эмоции!

– Мама, вы ведь сказали ему правду?

– Нет, милая. Думаю, не стоит.

– Не стоит? – разозлилась Элиас. – Не желаю обманывать Рида!

Девушка поспешила в отцовский кабинет.

Никакой женской хитрости нет у этой девчонки, – сокрушалась Фелиция.

– Элиас, не в твоем положении проявлять строптивость, – пыталась остановить она дочку. – Это твой единственный шанс. Наш шанс.

– Мама! Не такой ценой, – пресекла Элиас дальнейшие споры и решительно открыла дверь кабинета любимого папочки.

Она собиралась сразу выпалить Риду правду, но отец остановил ее порыв.

– Элиас, граф Руссель все знает.

– Знает? – обомлела Фелиция. Она зашла вслед за дочерью и после слов мужа тяжело опустилась в кресло.

– Я рассказал, – признался Франки. – Не сомневался, что сейчас сюда ворвется Элиас и выложит все, как на духу, – улыбнулся он.

– Рид, прости, – посмотрела на гостя Элиас.

Они давно знали друг друга. Их родители были дружны и, естественно, дети не могли не познакомиться. Рид Руссель считался в округе красивым мужчиной и завидным женихом. Густые темные волосы, такие же брови, выразительные глаза, правильные черты лица. Хорошо сложенная фигура, военная выправка. Всегда вежливый, спокойный и деликатный.

И он так долго ухаживал за ней. И Элиас не собиралась обманывать его. Она знала, что выглядит сейчас не лучшим образом. Помимо душевных мук по умершему возлюбленному, красоту и силы отбирала беременность. Наверное, Рид презирает ее, наверное, она ему противна сейчас и морально, и внешне, – думала Элиас.

– Граф Руссель, надеюсь, вы никому не расскажете? – дрогнувшим голосом спросила Фелиция. При этом глядела женщина с укором на своего мужа.