— Но я имею право на один звонок?

— Нельзя без разрешения начальства. Пройдёмте с нами.

Сильвестра отвели в комнату на первом этаже. Дверь за ним сразу заперли. Ключ в замке провернулся трижды. Заперты были и массивные деревянные ставни на единственном окне. Горян, зная, насколько опасен пленник, приставил к двери двух бойцов, которые должны были, сменяясь, не спускать с неё глаз.

Денис проснулся среди ночи. В доме чувствовалось какое-то странное оживление, слышались отдалённые шаги и голоса. Юношу всё это тревожило. Он с самого начала испытывал отвращение к спецназовцам и их командиру с лицом хронического алкаша; если бы не милицейские фуражки и камуфляжная форма, они точь-в-точь походили бы на тех бандитов, что бродили возле дачи в день его приезда.

Когда раздался осторожный стук в дверь, он сразу вскочил, словно ждал его.

— Кто там? — спросил шёпотом, подойдя к двери.

— Наталью Зимину вызывает к себе товарищ капитан.

Слова «вызывает к себе» мгновенно вызвали подозрение определённого свойства. Как это: вызывает к себе?!!

— Она не пойдёт! Она спит!

— Сказали, по важному делу.

— Какому?

— Она должна передать кое-что лётчику.

Наталья, услышав голоса, уже встала с дивана.

— Хотят, чтобы я отдала Сильвестру конверт, — сказала она, тоже подходя к двери. — Но это можно было и днём сделать…

— Я пойду с тобой. А то сомнения у меня сильные насчёт этих спецназовцев.

За дверью стояли Ушастик и Выдра, державший горящую свечку.

— Вызывали только гражданку Зимину, — сказал Ушастик.

— Без Дениса никуда не пойду!

Ушастик помешкал.

— Да пусть оба идут, — сказал Выдра. — Парень вроде бы тоже при делах.

Как только Денис с Натальей вышли, все звуки в доме разом смолкли. Наступила тишина, в которой слышались только осторожные шаги четырёх человек, шедших по площадке второго этажа. Огонёк свечи метался в темноте, отбрасывая тени на стены и перила.

Четвёрка спустилась по лестнице и прошла по тёмному холлу. Выдра, шедший впереди, остановился у двери в столовую. Под дверью лежала полоса слабого жёлтого света. Браток постучал.

— Войдите, — отозвались за дверью.

Выдра посторонился, пропуская молодых людей. В столовой сидели «капитан Баранюк» и «доктор Александр Григорьевич». Керосиновая лампа освещала бледное узкое лицо «доктора» и багровое лицо «капитана».

— Здравствуйте, Александр Григорьевич, — сказала Наталья. — Хорошо, что вы приехали.

— Я тоже рад вас видеть, — ответил Лис.

Денис промолчал. На «доктора» он смотрел настороженно.

— Настало время выполнить поручение, из-за которого вы здесь находитесь, — внушительно произнёс Горян. — Конверт при вас?

— Да.

— Покажите.

Осмотрев конверт и убедившись, что он надёжно заклеен, бандит вернул его девушке.

— Сильвестр сейчас не спит. Вот ключ. Отопрёте дверь его комнаты, войдёте и отдадите конверт. Скажете ему, что никому конверт не показывали, поскольку такова воля его брата.

— А если спросит, откуда у нас ключ? — буркнул Кораблёв.

— Скажете, что это запасной, он есть у хозяйки дома, то есть у вас, Наталья Сергеевна. Но особо в разговоры не вдавайтесь, отдайте конверт и сразу назад. Если он вскроет конверт при вас, понаблюдайте за его реакцией. Потом доложите нам.

— Денис пойдёт со мной.

— Это лишнее. Вы одна вызовете больше доверия.

— Одна к нему не пойду! Я боюсь!

— Товарищ капитан… — начал Денис, но «доктор» его перебил:

— А правда, почему бы им не пойти вместе? Они же у нас как бы влюблённые, ведь так?

Молодые люди промолчали.

— Время сейчас самое подходящее, раннее утро, — снова заговорил Горян. — Все в доме спят. Сильвестру скажете, что никто не видел, как вы вошли к нему. Так что, ступайте, делайте что вам сказано.

Денис с Натальей вышли. Горян подошёл к двери и прислушался к их удаляющимся шагам.

— Дело на мази! — обернулся он к Лису, самодовольно ухмыляясь. — Сильвестр у нас на крючке, деваться ему некуда!

— А ты точно знаешь, что он не спит?

— Ушастик сказал, что он ходит по комнате.

— Хорошо, — сказал Лис. — Итак, «жучок» нацеплен, приём сигнала идеальный. Теперь надо дать ему сбежать. Вести его будем до самого чемодана.

— На этот раз облома не будет! — Горян засмеялся. — Пацаны отправлены во все места, где он может пройти! Бабло, считай, у нас в руках!

Лис кивнул. Эти деньги, семь с лишним миллионов, — последнее, на что он мог рассчитывать. Вчера в Москве на встрече с ворами его надежды на контроль над общаком растаяли как дым. И почти не оставалось шансов стать главарём додоновской группировки. Большинство бойцов высказалось за Кукуя. В Шабаново он приехал раздавленный, уничтоженный. Он даже на ту горстку людей, которые у него оставались, не мог рассчитывать полностью: Кукуй оказался сильнее, а братки уважают только сильных.