Он встал и повернулся к Сорексу, с отвращением покачав головой.

– Всем повезло, что я случайно заметил женщину префекта Каста, дрожащую от холода у подъезда собственного дома, когда подъезжал к крепостным воротам. Поначалу она не хотела объяснять, почему ее не пускают в собственный дом, но я благодарю Светоносного Мирту за то, что упорствовал в своих вопросах достаточно долго, чтобы обнаружить, что вы намеревались изнасиловать здесь доктора. Хоть она и не говорила об этом, что-то мне подсказывает, что жена центуриона вряд ли стала бы вашей первой жертвой. Можете благодарить богов, что я пришел вовремя, чтобы спасти вас от меча этого ребенка.

Сорекс усмехнулся, его уверенность постепенно начала восстанавливаться.

– Ребенок? Я бы сломал ему шею, как ненужному щенку.

Эквитий поднял бровь.

– Возможно, вы бы это сделали. Или, возможно, он вскрыл вам артерию этим обманчиво безобидным на вид мечом. Мне оно напоминает оружие, с которым опасно связываться. А теперь я предлагаю вам уйти и больше не беспокоить ни одну из этих дам, опасаясь, что вам после этого придется беспокоиться не только о мстительном ребенке. Я подозреваю, что префект Каст, находясь в конце своей военной карьеры, может доставить вам массу неприятностей, если узнает о ваших принудительных отношениях с его женщиной. А теперь, убирайтесь.

Сорекс развернулся и ушел, гневно нахмурившись.

– Да, этот человек теперь не остановится ни перед чем, чтобы увидеть меня либо мертвым, либо опозоренным и оболганным. Я подозреваю, что ему не слишком долго придется ждать последнего, до того момента как только прибудет новый легат с любыми приказами, которые он получит из Рима для меня. - Его внимание привлекло движение у двери спальни. - Ах, домина, вы, должно быть, та гордая мать, о которой мне рассказывала Дезидра.

Анния с недоумением оглядывала переполненный коридор.

– Кажется, я что-то пропустила. Кто этот незнакомец и почему у Люпуса такое же лицо, как у моего мужа, когда он собирается оторвать кому-нибудь голову?

Мы пробыли здесь достаточно долго, чтобы вениконы пронюхали о нашем присутствии и собрали приличный военный отряд в качестве меры предосторожности против любого вторжения, которое мы можем задумать. Весьма вероятно, что любое наше движение к северу от стены приведет к немедленному ответу и появлению достаточных сил, чтобы без каких-либо проблем уничтожить нашу когорту…

Скавр сделал паузу и окинул оценивающим взглядом лица своих офицеров.

– …и поэтому я планирую наделать как можно больше шума, покидая лагерь, и чтобы они обязательно услышали, что мы пойдем вверх по Грязной реке. К тому времени, как мы окажемся на расстоянии досягаемости от крепости Клыка, они соберут всех трудоспособных мужчин на тридцать миль в округе, готовых броситься за нами, мечтая о шансе разорвать на части римскую когорту. А это, господа, означает, что будет много разгневанных варваров. Они перейдут через реку, как стая голодных волков, надеющихся догнать нас на марше, слишком быстрые, чтобы мы смогли их обогнать, и слишком сильные, чтобы мы могли противостоять им в прямом бою.

После двух дней вынужденного отдыха, когда когорта ждала, пока луна войдет в самую темную фазу месяца, и восстанавливалась после сурового марша на север, центурионы собрались на вечерний брифинг со своим трибуном. Каждый офицер держал в руках обычную чашу вина, создававшим атмосферу непринужденной легкости, с которой Скавр управлял своими людьми, а их внимание было приковано к примипилу, излагавшему свои планы.

– В тот момент, когда племя соберется с силами, кавалеристы Сила помогут нам провернуть изящный маленький трюк, который я задумал, чтобы не дать этим татуированным маньякам сбить нас с ног и сокрушить. И пока мы, чтобы отвлечь внимание, будем разбираться с военным отрядом вениконов, центурион Корв и его люди должны будут незаметно проскользнуть в крепость и забрать Орла Шестого легиона. После кивка и подмигивания Фортуны мы перегруппируемся здесь через несколько дней, штандарт легиона будет спасен, а синеносые будут по-настоящему обеспокоены, после чего мы отправимся по дороге на юг запасным вариантом. Остается надеяться, что варвары не начнут буйные военные действия против фортов на стене, но даже если они это и сделают, наш долг — доставить Орла Шестого Легиона в безопасное место, как бы нам ни хотелось им помочь.

Юлий поднял чашку.

– Я выпью за это. И если богиня Фортуна не услышит наших молитв, то будем полагаться на свои мечи и твердые руки а также на окровавленный клинок Коцидиса!

Собравшиеся офицеры поддержали его мнение и опрокинули вино себе в глотки, протягивая чашки для доливки, когда Арминий проходил мимо них с кувшином. Дубн подмигнул Марку.

– Скажи мне, брат, кого ты возьмешь с собой на эту самоубийственную миссию?

Римлянин на мгновение задумался, прежде чем ответить.

– Ну, очевидно, моего разведчика Арабуса, поскольку он идеальный человек, который будет идти впереди и высматривать врага. Луго, конечно, и слышать не захочет о том, чтобы его оставили, а легионер Верус покажет нам лучший подход к крепости, учитывая его знание равнины Грязной реки и ее болот. Помимо нас четверых, Дрест и его люди получат шанс показать нам, насколько хороши их навыки в бою и в кражах. Я думаю, что восемь человек, более чем достаточно.