— Что сделал?

— Переместился. Да. Такое возможно, — кивнул Кирран и сделал еще один глоток холодного пива. — Но я не назвал бы это чушью, если бы в этой троице не было твоего отца – Рик’Арда Масса. Он редко кого в живых оставляет. Ты же слышала про его фирменный стиль “психоделического уничтожения”.

— Слышала…

— А еще твой дядюшка-морриган. Единственное что он умеет – убивать. Поэтому если Фрост и выжил, то выглядел бы так же неадекватно, как сейчас ты.

Ника угрожающе потрясла бутылкой пива.

— Если не прекратишь считать меня чокнутой, я огрею тебя этой бутылкой. Может, это как раз тот самый редкий случай и ему удалось спастись.

Кирран снова засмеялся.

— Но ты смотрела из головы тролля. Вполне могло произойти искажение, и ты признала его в ком-то другом.

— Киррр-ррран…

— Хорошо, ладно. Ладно. Допустим, тот кого ты видела действительно был Фрост. И он создал портал. Ты рассказала об этом отцу. Порталы в наше время дело страшное, ведь так?

— Так.

— Большие головы созвали совет, шумели, искали виноватого. — Кирран хлопнул по столу. Хвост за его спиной сделал возмущенный круг. — Но почему тогда твой красноглазый папочка, не выдвинул идею о живом Фросте. Ведь как мы знаем Фрост чуть ли не единственный, кто эти порталы умел создавать. Все бы теперь шумели по иному поводу. Зачем ему приплетать какого-то тролля? Которого там вообще не было. Ну сказал бы, что днк этого тролля осталось от твоей личины…

Ника сжала зубы, отвернулась и произнесла:

— Я не знаю. Он мне не поверил.

Кирран заботливо прикоснулся к плечу девушки.

— Ник, может, стоит записаться на прием к Лонгкарду? На фоне этого вдруг снова кошмары начнутся? Я беспокоюсь за тебя. Позвони Лионкуру.

Девушка вяло согласилась:

— Позвоню, — подумала и добавила: — как-нибудь потом.

— Вот ты, поперечная!

Ника брезгливым движением скинула руку друга со своего плеча и встала из-за стола.

Небольшая кухонька, в которой ребята проводили вечера за малополезными беседами, являлась унылым приютом для “осиротевших” друзей. Когда здесь появлялся Репентино, становилось немного веселее: они играли в глупые игры на желания, а напиваясь, раскрывали друг другу придуманные секреты. По-настоящему счастливых лиц эта кухня еще не знала.

— Короче, пойду я… приму душ, — буркнула Ника.

Кирран закинул руки за голову и расплылся в довольной улыбке.

— Я уже побоялся, что сегодня ты этого не сделаешь. Воняет от тебя, подруга, как от заправского тролля.

Ника отмахнулась и устало поплелась в комнату. Уже за порогом кухни она остановилась и, развернувшись вполоборота, обратилась к Киррану:

— Знаешь, что меня больше всего беспокоит?

— И что? — дернув бровями, спросил юноша.

— Что я подставила его.

Кирран заинтересованно вытянулся.

— Это ты сейчас про кого?

— Про заправского тролля, — ответила Ника.

— Да, это скверно, — отставив бутылку в сторону, сказал Кирран.

— Его будут судить за преступление, которого он не совершал.

— Его будут судить за то, что он всего лишь уродливая тварь. А ты великородный маджикай! Кто-то должен понести публичное наказание. Твои жизнь и честь ценятся намного выше. Скорее всего его отправят в заповедник. Не бери в голову.

— Постараюсь, — кивнула девушка. — Всего лишь уродливая тварь?

— Ну, не самая уродливая, конечно, — усмехнулся Кирран, глотнул пива и предложил:

— Как насчет Дина?

— Хуже Репентино, только когда вы в паре. Ладно, я ушла.

Беспокойные струи упали на измученную спину, свергая с пьедестала разума упреки за проступки хозяйки. Ника повернула вентиль горячей воды, настолько, насколько могла стерпеть ее кожа. Девушка подставила лицо горячим каплям и задержала дыхание. Сегодняшний день прошел бурно, оставив после себя шлейф дурных воспоминаний.

Грегори Фрост склонился над безжизненным телом Люмены Верис. Нежно, словно любовницу он взял женщину за руку.

Ника хотела закричать, попыталась произнести, но не смогла даже открыть рта. Ее жизнь устремлялась вверх за черными клубами дыма. Воспеваемый в старых песнях аромат смерти на деле оказался вонью своего поджаренного тела. Ника чувствовала, как горела ее одежда, как лопалась нежная юная кожа.

Фрост дернул за серебряный перстень на указательном пальце Люмены. Кольцо издало похожий на писк гекконов чудной скрип и осталось на месте. Мужчина попытался снова, с силой сворачивая перстень вместе с пальцем. Хрустнула фаланга, но кольцо даже не сдвинулось.