— Не следует так торопиться, — предложила Кейт, не выпуская из рук треножника.

Оба ее спутника, не говоря ни слова, замедлили шаг. Впереди послышались голоса.

— Кто может проходить здесь в это время? — прошептала Кейт.

— Солдаты… садовники… слуги… кто угодно, — ответил Ян.

— Придется убивать их, — сказал Ри.

— Не обязательно, — откликнулся Ян. Коридор, которым они теперь шли, постоянно пересекался под прямым углом с другими, такими же темными, туннелями. — Можно отойти в сторону… будем надеяться, что нас не заметят.

— А если все-таки заметят? — усомнился Ри.

— Тогда будем убивать. — Кейт вздохнула. — Но всем будет лучше, если этого удастся избежать. — «Нам самим в первую очередь», — подумала она. Убивать ни в чем не повинных садовников или служанок ей было совсем не по нутру.

Они свернули в первый же коридор справа и замерли в тени — не шевелясь и не дыша. В оставленном ими проходе уже мерцал свет. Они ждали, а голоса сделались громче.

— …Я и сказал Марте, что собираюсь бросить это место… лучше помои свиньям носить, чем прислуживать этим ублюдкам, — говорил мужской голос. — Иметь дело со свиньями лучше, чем со здешними господами.

— Свинья, если зазеваешься, оторвет тебе руку и съест у тебя же на глазах, — ответила женщина. — Со свиньями нужно быть внимательным.

— А с этими нет? Ты только что из деревни и не видела того, что видел я. Помяни мои слова, Лалли, ты здесь еще и недели не пробудешь, как они уже залезут к тебе в нутро и высосут всю жизнь до последней капли. Лучше найди себе другое место.

— Раз ты такой мастер давать советы, то почему сам здесь работаешь?

Пара слуг поравнялась с укрытием Кейт и ее спутников, и теперь их можно было видеть вполне отчетливо. В свете факела они разглядели усталого с виду мужчину лет сорока… он заметно сутулился, а волосы на голове его давно уже начали редеть, и опрятную девушку… дерзко улыбаясь, она легко ступала по камням пола.

— Потому что эти сукины дети платят золотом, а доброго золота в наши дни никто уже не дает за работу.

Девица улыбнулась во весь рот и захихикала.

— Ну вот. Тяжелее, чем тебе, мне не будет, а мне надоело получать за свою работу одни куриные яйца да еще обещания. И обстирывать их я могу ничуть не хуже, чем своих соседей.

Пара прошла мимо, и сердце в груди Кейт застучало медленней.

— Можешь-то можешь. Только смотри, как бы за это золото с тебя не потребовали чего-нибудь еще.

Кейт так и хотелось крикнуть этой девице: послушай его, дурочка! Однако ей пришлось утешиться мыслью о том, что падение Драконов может стать делом рук ее, Кейт, и ее друзей. И если Лалли не сумеет позаботиться о себе, быть может, именно она, Кейт, в итоге спасет ее. Возможно.

Голоса наконец стихли вдали, и беглецы продолжили путь.

Караулка оказалась незапертой. Ян заранее в точности описал своим спутникам внутренности этого помещения. Единственный стражник стоял у окна спиной к ним, следя за мальчишками, игравшими в мяч у ворот. Повозок поблизости не было. Пешеходов тоже.

Достав нож, Ян зашел к солдату сзади и, зажав ему рот, ударил рукоятью по голове. Тот свалился словно мешок с камнями. Кейт заметила, что он еще дышит.

— По-моему, ты собирался убить его, — сказал Ри.

— С тех пор как я служу здесь, это занятие успело мне надоесть, — ответил несколько побледневший Ян. — Он нас не видит, не слышит и не сможет рассказать, куда мы пошли и с чем.

— Я не против, — согласился Ри.

— А где повозка?

— Побудьте здесь, — ответил Ян. — Я сейчас.

Он направился через улицу, изображая стражника, выбравшегося из караулки подышать свежим воздухом. Когда он вернулся назад, Кейт услышала, как загрохотали колеса, и спустя мгновение из-за угла выкатила черная погребальная колымага. Она остановилась перед караулкой, и все трое, погрузив Зеркало Душ в темное нутро, устроились в нем и сами. Повозка тронулась с места.

— Куда мы едем? — спросила Кейт, еще не верившая в то, что они оказались на свободе.

— В Дом Галвеев, — негромко отозвался Ян. — Там нас будут искать в последнюю очередь.