Когда она пришла в себя настолько, что сумела осознанно взглянуть в склонившееся над ней лицо, то заметила, что глаза Хасмаля полны отчаяния и ужаса.

— Что произошло? — Застонав, она положила ладонь на живот; боль медленно отступала, однако тошнота не проходила.

— Упал экран, которым я окружил тебя, — объяснил Хасмаль. Кейт затрясла головой, с трудом вникая в его слова. — На тебя напали. Кто-то следил за тобой… за всем кораблем, и когда ты говорила с Возрожденным, атаковал тебя.

— Это Ри напал на меня? — спросила Кейт.

— Нет. Нападение было совершено извне корабля.

— Так, значит, сейчас мы находимся в опасности?

— В данный момент нет. Я прикрыл экраном нас обоих. Пока нам ничто не грозит.

— И кто же обнаружил нас? Кто пытался расправиться со мной?

— Я пока не уверен. Я сумел пройти по следу шпионящего за нами чародея до Калимекки, но когда я был уже недалеко от него, он вдруг заметил меня, и мне пришлось разорвать свою связь с кораблем. Я едва успел вовремя закрыться… и пока я это делал, он напал на тебя.

Она заметила, что руки Хасмаля трясутся. Даже в темном трюме было заметно, как сильно он побледнел, и запах его страха уже пересиливал вонь, идущую от застоявшейся воды, дохлых крыс и прочей трюмной дряни.

Хасмаль продолжил:

— Я могу предположить, что Волки следят за нашим судном.

— Значит, они знают о Возрожденном. И о Зеркале.

— Почти наверняка.

Чтобы утихомирить боль в голове, Кейт прижала пальцы к пульсирующим вискам.

— О боги. Что же нам теперь делать?

— Мы воспользуемся информацией, которую ты получила от Возрожденного, чтобы привести Зеркало в действие. Мы… — Заметив, что Кейт затрясла головой, Хасмаль умолк. — Что случилось?

— Мы не можем даже прикоснуться к Зеркалу Душ, — ответила Кейт и торопливо выложила все скверные новости, полученные от Соландера. Когда она закончила, Хасмаль закрыл лицо ладонями.

— Что же теперь делать?

Кейт набрала полную грудь воздуха и медленно выдохнула.

— Держать глаза открытыми. Сделать все возможное, чтобы привлечь Ри на свою сторону. Если заметим, что дела складываются плохо, ночью украдем шлюпку и отвезем на ней Зеркало на какой-нибудь остров или доверимся течению. — Наклонившись вперед, она опустила руку на его колено. — Сделаем все возможное, все, что следует сделать. Зеркало будет доставлено к Возрожденному. Волки не получат его, Хасмаль.

Заглянув в ее глаза, Хасмаль увидел в них спокойствие и жестокость, которой ему так не хватало. А также решимость, равную которой он мог отыскать и в самом себе. Он уже в своей душе ответные отголоски уверенности. Хасмаль накрыл своей ладонью ее руку.

— Ты права. Мы сделаем это. У них ничего не получится.

Ян остановил Кейт у самой дверцы душа, где она только что отмылась от трюмной вони.

— Джейти просит тебя прийти.

Кейт ощутила острый приступ тревоги и, на мгновение сосредоточившись, определила его причину. От кожи и одежды Яна пахло смертью.

— Ему хуже?

Ян ответил ей свирепым взглядом.

— Он умирает. И все обещания лекапевта помочь ему оказались ложью.

Кейт возразила:

— Он умирал еще до того, как мы поднялись на борт «Сокровища ветра»; мы уже тогда не надеялись, что он выживет. Забота лекапевта лишь позволила ему прожить несколько лишних дней и облегчила предсмертные страдания.

— Ты можешь быть этим довольна. Теперь ты всем довольна. — Ян отвернулся. Каждое движение его, каждая линия тела выдавали едва сдерживаемую ярость.

— Я делаю все возможное, чтобы обеспечить нашу безопасность.

Ян направился к трапу, но прежде чем подняться вверх, на палубу, обернулся к ней и бросил:

— Конечно , делаешь. Во всяком случае, потрудись поскорее зайти к Джейти. Он умрет до наступления ночи.

Ян ушел, но гнев его остался висеть в воздухе как ядовитое облако.

Кейт, принявшаяся отжимать волосы, смотрела ему вслед. Ян сулил лишние неприятности, и его ярость должна в конце концов разразиться грозой.

— Ты выглядишь хуже, чем я, — проговорил Джейти. Он лежал в постели, кожа его казалась бледнее выбеленного полотна, темные, промокшие от пота волосы липли к голове. Ввалившиеся глаза лихорадочно блестели. Царивший в каюте запах гнилой крови и тления буквально ошеломил ее. Зеленоватые пятна проступали на простыне, укрывавшей культю. Ян был прав. Джейти протянет недолго.