Тит молчит, но взгляд по-прежнему упрямый. Заебал.

Фыркнув, отворачиваюсь.

— Пусть Лиза сама решит, с кем быть, — прилетает в спину.

Ну, сука… Последний нерв лопается, костяшки белеют от напряжения.

С разворота бью Титова по морде. Он ударяет в ответ. Схлёстываемся в драке. Громим раздевалку. У обоих носы текут кровью. Глаза злые, на губах дьявольский оскал. Я готов его прикончить, честное слово!

Нас разнимают парни, которые залетают в раздевалку на шум. Уводят по разным сторонам, подальше друг от друга.

— Да, отпусти, блядь, — рычу на пацанов, что держат мои руки. Сплевываю кровью. Прожигаю Мишу взглядом. — Убогих не трогаю. Сами сдохнут.

Тит сдерживается от грязного ответа, стиснув зубы.

— Нормально, парни, — просит, чтобы его отпустили, изображая уравновешенное состояние.

Он выходит из раздевалки. А я, захватив полотенце, иду в душ.

Уперевшись рукой в стену, подставляю голову под струи холодной воды. Перетряхивает до мурашек. Бр-р-р… Хорошо кипящий мозг остужает. Вода сменяется на теплую и расслабляет мышцы. Выдыхаю, успокаиваюсь. В темноте закрытых глаз возникает образ Лизы, из-за которой сейчас болезненно пульсирует переносица. Поднимаю голову, брызги бьют в лицо, смывая кровь.

Моя девочка, никому не отдам. Особенно Титу.

Какие у неё сладкие губки… М-м-м, как ягодки вкусные. Так бы и съел.

Вспоминаю наш последний поцелуй в общаге. Безудержный и страстный. Как её маленький ловкий язычок ласкал меня в ответ и губки причмокивали от удовольствия. Девичье тело размякло в объятиях, отдаваясь мне. Чувствительная, нежная малышка. Мои ладони отлично помнят наощупь её упругую попку, аппетитные сисечки и сильно скучают, чтобы потрогать их снова. В ушах стоят её томные вздохи, когда пальцами растирал её киску, прижимая к двери. Она была такая мокренькая и возбужденная. Ох чтоб я с ней сделал, если она со мной оказалась сейчас в душе абсолютно голенькая…

От забурливших фантазий член наливается кровью и желанием. Поднимается во всей боеготовности.

Сука, как же сильно я хочу её.

Я б трахал её до космических оргазмов. Во всех позах. Во все дырки. Дико и бурно. Она бы просила еще и еще, задыхаясь от страсти. Накрутил бы её вкуснопахнущие длинные волосы на кулак и поставил бы на колени. А она с удовольствием бы взяла в ротик мой член, сосала, причмокивала до закатывающихся глаз, доводила бы до пика и глотала сперму.

Дрочу под фееричные картинки в моей голове и, хрипло простонав, быстро кончаю. Следы извержения тут же уносит в водоворот.

Мне мало лишь фантазий. Я хочу её наяву. И добьюсь своего. Тем более, что Лиза сама меня хочет, о чем писала в своем дневнике.

Главное, не перепутать физическое с более сильными чувствами. Это нельзя смешивать. Ни в коем случае. Я не намерен пускать кого-то в свое сердце. Пока вроде всё под контролем.

Ополоснувшись, выхожу из душа и одеваюсь. Когда беру в руки телефон, то вижу сообщение от Лизы. Губы довольно растягиваются. Ну вот, детка уже сама мне пишет.

«Привет. Сегодня занятие в 7. Сможешь?»

Эти уроки английского, с которым у меня нет проблем, отличный повод для встреч.

С улыбкой на всё лицо, набираю ответ.

«Привет, Лиз. Конечно смогу. Заеду за тобой»

Отправляю подмигивающий смайл, а сам неистово ликую.

Лиза

— У меня очень хорошие новости, Лиза, — чуть ли не плачет от радости мама.

Я даже останавливаю ход в коридоре университета и прижимаю плотнее телефон к уху.

— Мы собрали нужную сумму на лечение Юрика! — восклицает она.

— Как это? Уже? — удивляюсь я. А сердце подпрыгивает от замечательной новости.

Обычно за сутки не собирают такие большие деньги.

— Да-да! Слава небесам. Нашелся благотворитель, который пожертвовал сразу всю сумму, представляешь?

— Фух, — отхожу к окну и облегченно выдыхаю. — Спасибо ему большое. А кто, не знаешь?

— Вообще-то этот человек хотел остаться в тени, но я выпытала фамилию у Демида Ларионовича. Как-никак своими деньгами он помогает моему сыну за жизнь бороться. Как спасибо не сказать?

— И?

— Некий Заславский.

Замираю. Я знаю только одного человека с такой фамилией. И у нас сегодня с ним занятие вечером. Герман даже не заикался про спонсорскую помощь…

Может не он?

— Понятно, — прочищаю горло.

— Телефончиком его обзаведусь и обязательно отблагодарю. Это ж надо, есть еще люди с добрым сердцем. Дай бог ему здоровья.

— Дай бог… — загружено вторю я.

— И дом продавать не придётся! Объявление поди успела выложить?

— Нет.