Шрифт:
– Джейн? – повторил он. – С тобой все в порядке?
– Я думала, ты мертв.
Несколько секунд была тишина. Затем едва слышно он произнес:
– Почему?
– Ты ведь лежал на полу! У тебя...
– Я просто задремал.
– На полу? А диваны тогда зачем?
– Так лучше для спины. Изредка мне нравится лежать на полу.
– С подушкой на лице?
– Иногда.
– Я подумала, что тебя задушили!
– О!
– Убили!
– Я очень сожалею, Джейн. Просто прилег на пару минут, а подушку положил от света, понимаешь? У меня и в мыслях не было, что ты можешь войти и подумать... что-то неладное.
– Да? А я вот вошла! И решила, что ты мертв. Подумала, что к нам забрался МИР и убил тебя!
– Мне действительно очень жаль. Поверь.
– И мое полотенце отвалилось, – задыхаясь, выпалила Джейн. – И об этом ты наверняка жалеешь, это точно.
– Да, и об этом.
– Да, да, как же.
– Мне жаль, что я поставил тебя в неловкое положение, и только.
– Я думала, что тебя убили.
– Я знаю. – Через несколько секунд он добавил: – Ты хочешь, чтобы я ушел?
– Да, пожалуйста.
– Ладно. Ну... тогда... пока.
– Я не имела в виду совсем уйти. Брейс? Ты еще здесь?
– Да.
– Я хотела сказать, чтобы ты возвращался в гостиную. Ты не против? Я подойду через несколько минут.
– Конечно. Как только будешь готова.
Глава 12
Когда Джейн вошла в гостиную, ее гость поднялся с дивана и улыбнулся.
– О, ты замечательно выглядишь.
– Спасибо. – Она знала, что это далеко не так – только не с прилипшими к голове после душа волосами и с заплаканными глазами. Но в чистых белых шортах, белой кофточке и мокасинах она действительно чувствовала себя замечательно.
Они сели рядом на диване.
– Я была немножко не в себе, – призналась она. – Все так необычно, понимаешь? Я к тому, что ты ни в чем не виноват. То есть, я хочу сказать, что ты можешь лежать на моем полу сколько тебе угодно. Обещаю, больше никогда не буду поднимать из-за этого столько шума.
– Ловлю тебя на слове, – заметил он.
Перехватив его взгляд, Джейн рассмеялась.
– Ненормальный, – пробормотала она.
Повернувшись к ней, Брейс поднял колено на подушку, склонился вбок и положил руку на спинку дивана.
– Я хочу знать, – начал он, – что случилось у моста. Похоже, это было настоящее приключение.
– Мне, наверное, надо еще выпить.
– Твой стакан в ванной комнате? – Он начал подниматься.
– Не беспокойся. Мы ведь можем из одного, не возражаешь? – Наклонившись вперед, она подняла бутылку бурбона с журнального столика и начала наливать в стакан Брейса.
– Пойдет, – сказал он. – У тебя ведь на губах нет помады, да? Терпеть не могу привкуса губной помады в бурбоне.
Джейн поставила бутылку на место.
– Можешь сам убедиться, – шепнула она и наклонилась к нему.
Он тихонько рассмеялся, притянул ее к себе и поцеловал в губы. Поцелуй длился бесконечно долго. Затем он нежно отстранил ее и сказал:
– Кажется, действительно нет никакой помады.
– Проверочка была нешуточной, – пробормотала она, опуская голову ему на плечо.
Он нежно провел рукой по ее спине.
– Джейн, – произнес он, – почему ты не рассказываешь мне о сегодняшнем вечере? Ты так устала или просто не хочешь об этом говорить.
– Нет, дело не в этом. Мне не терпится рассказать тебе. Но, может, ты еще раз проверишь меня на наличие губной помады?
Брейс рассмеялся. Джейн подняла лицо, и их губы вновь встретились.
Когда они разъединились, она прошептала:
– Так намного лучше, спасибо, – и глубоко-глубоко вдохнула. – Какая славная ночь. – Отвернувшись от Брейса, она наклонилась и подняла стакан, сделала глоток и передала ему.
– Итак, – начала она. – Я поставила машину на Парк-Лейн как раз на том месте, где ты подобрал меня прошлой ночью. – Откинувшись назад, она погрузилась в мягкие подушки спинки дивана, а ноги положила на журнальный столик. – Сумочку я оставила в машине, зато прихватила с собой твой фонарь. И поступила очень предусмотрительно.
И она продолжила рассказ, поведав Брейсу во всех деталях, которые могла вспомнить, о своих поисках конверта, описав Рэйла и Суимпа, пародируя их речь и не упуская из нее ничего.
Почти ничего.
Она вовсе не упомянула о предположении непонятливого Суимпа насчет ее продажности. Это не имело прямого отношения к делу, к тому же это было грубо и слишком интимно.
И еще она ничего не сказала о том, что Рэйл блеванул ей в рот.
Джейн опасалась, что ее стошнит, если она заговорит об этом. И боялась, а вдруг он не захочет ее больше целовать.