– Смелое предположение, если учесть, что я библиотекарь.

Брейс засмеялся:

– Рыбак рыбака... А я преподаю литературу в Доннервилльском университете. Как бы там ни было, но у меня возникло страстное желание прочесть «Жеребая кобыла по кличке Хок», поэтому я отправился в университетскую библиотеку. Их единственный экземпляр оказался на руках, поэтому я поехал по книжным магазинам: сперва в «Б.Дальтон», потом – в «Уолден-букс» – с тем же успехом. В конце концов решил зайти к вам. Удача! Хватаю книгу и в кабинку. Так и остался без ужина.

– И не заметил, как библиотека закрылась.

– Я способен на неимоверную концентрацию. Что порой очень меня подводит. Например, на прошлое Рождество купил в сувенирной лавке в аэропорту роман Пола Уилсона. А собирался лететь домой, чтобы провести каникулы с родителями. Так вот, в ожидании посадки открыл книгу и присел в зале. Народу было тьма. Когда оторвался от книги – толпы и в помине не было. Самолета моего, правда, тоже. Глаза его заблестели.

– Шутишь? – изумилась она.

– Сущая правда. Такое со мной происходит все время.

– Но ведь это ужасно! – воскликнула она, еле сдерживая смех.

– Ну, все компенсируется. Например, сегодня благодаря моей маленькой странности я познакомился с тобой.

– Какая удача.

– И, должен заметить, ты намного лучше своей предшественницы.

– Вы были знакомы?

– О да. Старушка Филлис Фейвор. Какой ужас.

– Ее смерть?

– Ее жизнь.

Джейн рассмеялась.

– Как можно такое говорить?

– Ты, наверное, с ней не встречалась, да?

– Нет, но...

– Среди моих знакомых есть такие, кто носа не показывал в библиотеку из-за нее. А ведь настоящие книголюбы. В том числе и ваш покорный слуга, когда иссякло его терпение. На моих глазах люди заливались слезами от одного ее взгляда. Недобрая была женщина, мир ее праху.

– Я слышала, что она была... не очень приятной.

– На земле стало гораздо лучше после того, как она оказалась в ней.

Как ни пыталась Джейн сдержаться, но все одно рассмеялась:

– А ты мне показался таким доброжелательным.

– Мой вид сбивает с толку многих.

Подошла официантка с их заказами. Когда она ушла, Брейс поднял свой бокал шипучки со словами:

– За очаровательную мадам Библиотекаршу!

В ответ Джейн подняла свой бокал с пепси и подмигнула, поймав себя на мысли, что никому в своей жизни, пожалуй, еще не подмаргивала.

Следующие несколько минут она молча потягивала пепси и расправлялась со своим жарким, тогда как Брейс был всецело поглощен своим бургером. Он тоже ел молча и лишь изредка поглядывал на нее, иногда улыбаясь при этом. Судя по выражению лица, еда приносила ему истинное удовольствие.

Покончив с бургером, он вытер рот салфеткой и сокрушенно вздохнул:

– Хорошо, но мало.

– Может, доешь мое? – И она начала подвигать к нему свою еще почти полную тарелку, но он покачал головой.

– Надо следить за фигурой, – заявил он.

Джейн покраснела. Просто не могла удержаться. Ее собеседник был строен и подтянут – казалось, ни грамма лишнего. Если кому и следовало следить за своей фигурой, так это ей, Джейн. Это она уже давно махнула на нее рукой. До толстухи ей, конечно, было еще очень далеко, но избыточный вес и малоподвижный образ жизни излишне округлили ее формы и придали какую-то рыхлость телу.

Вот так: достаточно было Брейсу упомянуть о фигуре, и это сразу вызвало бурный прилив крови. А подобный румянец на светлом лице неизменно превращал его чуть ли не в бордовое. И Брейс просто не мог не заметить этого.

– Итак, – начал он, – как ты намерена поступить со своим таинственным другом?

– Кто его знает, – смутилась она, удивившись отсутствию каких-либо замечаний о красном лице. «Тактичный парень», – подумала она, но вслух сказала: – Сгораю от любопытства. Кто он такой? Зачем он это делает?

– Он или она, – поправил Брейс.

– Не думаю, чтобы это была женщина.

– Конечно, он не называет себя Мастерица Игровых Развлечений.

Джейн кивнула.

– Так что, надо полагать, это все же мужчина.

– Мужчина и при деньгах.

– Да, черт побери! Пятьдесят баксов. Я хочу сказать, богатой я себя не считаю и для меня это приличные деньги. Пара хороших туфель или продукты на всю неделю. Или можно заплатить за телефон за пару месяцев.

– А он дал тебе сто пятьдесят.