– Это что еще за новости? – Фролу не понравилось, что дочь унизила его при всех. – Что ты тут концерт устраиваешь, а? Кланяется она, – разведя руки в стороны, мужик поднялся. – Ты кому кланяешься?

Медленными шагами направился к Гале.

– Мне должна в ножки падать! Мне! – стукнул Фрол себя кулаком в грудь. – Благодаря мне ты на этом свете появилась!

Его покрасневшие от злости глаза смотрели в упор. Галя сощурилась.

– Чего вылупилась? Домой, сказал!

Фрол выкатил грудь вперед и поставил руки на бока.

– Ничего я тебе не должна, – усмехнувшись, Галина села за стол. – Мужу должна, – показала головой на притихшего Степана. – Родителям его. За то, что дочкой родной кличут. А ты! Меня всю жизнь поносил и за человека не считал! Поэтому иди отсюда, пока я на тебя Полкана не спустила.

Огромный лохматый пес будто услышал молодую хозяйку и вылез из будки. Сел и грозно гавкнул.

– Чего-о? – Фрол аж побелел. – Ты кому это говоришь, курва? А ну! Руки в ноги и брысь до хаты!

Из его рта полетели слюни, самого затрясло из-за неподчинения какой-то соплячки. Привык, что вся семья по струнке ходит.

– Уйди, Фрол, – Панкрат загородил собой ухмыляющуюся сноху. – Она теперь в нашей семье.

– Куда-а? Куда ты лезешь? – Фрол кинулся с кулаками на свата.

Панкрат чуть покрепче, чем Фрол, и ростом повыше. Схватив пьяного мужика за запястья, он выволок его за ворота и бросил в пыльную яму.

– Фрол! – Стеша побежала к упавшему мужу.

Закрыв за ней ворота, Панкрат отряхнул ладони.

– И так будет с каждым, кто посмеет тронуть мою сноху! Мою семью не дам в обиду.

Марфу чуть удар не хватил. Покосившись на Галю, она заметила, как та радуется.

– Ну подожди, гадюка подколодная, я найду способ, чтоб от тебя и духу здесь не осталось.

За воротами поднялась ругань. Фрол несвязно что-то кричал Гале, два раза приложился к воротам кулаком, разок плюнул и ушел, подгоняя жену. Дома «наградил» Стешу ударом сапога по хребтине, старших девок мокрой простынею погонял, затем улегся спать полностью одетым, пропахшим кислым потом и наливкой.

Переодевшись в ночную сорочку, Галя расчесывала у окна волосы и наблюдала, как Степан уносит со двора лавку и табуреты. Она любовалась его статной фигурой, широкими плечами и твердой поступью. Повезло Гале с мужем. Ой как повезло! Самый красивый достался, самый сильный, самый богатый.

– Молодец я, – Галя заплела косу и отошла от окна, – вовремя к нему подход нашла.

Прикусив губу, она вышла в кухню, чтобы попить воды.

– Осталось теперь от свекрухи избавиться, чтоб спокойней жить стало. – Галя зачерпнула кружкой воду из ведра.

Глава 9

– От кого ты избавляться собралась? – неожиданно послышалось за спиной.

Рука с кружкой зависла перед лицом Гали. Повернув голову, девушка увидела Марфу.

– От детенка? – и свекровь заулыбалась.

– Вам показалось, – выпив воду, Галя ушла в комнату.

– Да не-ет, милая, не показалось. – Затаив недоброе, Марфа села за стол. – Значит, чтобы позор скрыть, ты решилась на повитуху? – крикнув ей вдогонку, Марфа рассмеялась. – Я так и знала, что ты брехунья! Прижила с кем-то дите, а на моего Степку повесила! Ха-ха! Наконец-то ты попалась! Наконец-то Панкрат узнает, кто ты есть на самом деле!

Она так противно хохотала, что терпение Гали лопнуло. Выглянув из комнаты, она приложила руку на дверной косяк.

– По себе, что ли, судишь, а? – сама не заметила, как начала фамильярничать. – Чем докажешь, что Степан рожден от своего отца? Что-то ничего похожего у них нет. Ни черточки.

Мгновенно закрыв рот, Марфа засопела.

– Я смотрю, ты девка с наглецой. Зря мы Степана на тебе женили. Ох зря-а-а, – с шипением заговорила Марфа. – Твое место рядом с твоим батькой – под забором. Потому как таких приблуд достоинству не обучали. Посадить бы вас на цепь и три дня не давать ни хлеба, ни воды.

Галя вернулась в спальню.

– Вот ты и будешь сидеть на цепи, – буркнула себе под нос, забираясь под одеяло.

Позже подтянулся и Степан. Молча лег на кровать и уставился в потолок.

– И долго ты будешь в портках спать? – ласково спросила Галя. – Не надоело под мамкой плясать? Мы ж семья, как никак.

Степан и сам не рад, что послушал властную маму – согласился не разделять с женой постель. Повернувшись на бок, он внимательно посмотрел в глаза Гали.

– Дошло, наконец?