Шрифт:
– Ага, а он, получив такую новость прямо во время своего дежурства, конечно, ничего не заподозрит.
– Ну тогда давай попросим Этель, чтобы она сама его позвала…
– Макс, – вздохнул я, – чем меньше мы будем светиться в этом деле, тем лучше для нас. Просто приведёшь его в комнату, а сам попросишь подождать пару минут. Этого как раз хватит, чтобы пришла его настоящая зазноба.
– А если она придёт раньше или в то же время?
Тут уже даже Наоко не выдержала и резко ответила:
– Ты задаёшь этот вопрос уже в третий раз. Мы же решили, что будем дежурить на подходах к комнате и в случае накладки ненадолго её задержим.
– Ладно, ладно! – сдался, наконец, Макс.
Однако, когда с этой частью плана мы управились, оказалось, что переживал он не зря.
– Влад! Ты теперь по жизни мой должник, – зашипел он, потирая зад, – этот озабоченный придурок Хьюберт, когда понял, на что я намекаю, едва не изнасиловал меня прямо в коридоре. Мне стоило больших усилий затолкнуть его в комнату, но он всё равно успел два раза ущипнуть меня за задницу!
Наоко покатилась со смеху.
– Ладно, это всё потом. Теперь быстро в архив! – приказал я, и мы поспешили к терминалу.
С ним всё прошло на удивление быстро и чётко. Один из ключей, которые подготовила Нако, нуждался лишь в минимальном изменении, и буквально через несколько минут перед нами открылась буквально вся корреспонденция Мактавишей.
– Да тут тысячи писем, – присвистнул Макс, – как будем искать?
– Да уж, жаль, что выкачать все эти данные не получится.
Наоко заранее меня предупредила, что, если мы попытаемся, то с вероятностью в девяносто девять процентов, поднимется тревога.
Но она же сейчас начала быстро предлагать варианты:
– Здесь есть поиск по времени и ключевым словам…
– Тогда давай сначала проверим даты?
Я начал называть дни, с момента как мы согласились провести операцию на Урановом Пике и постепенно двигался вперёд.
Пока не попадалось ничего подозрительного. И до самой смерти Грегора ничего полезного я не увидел.
– Ну вот видишь, это не Дункан.
– Возможно… – кивнул я, – если он, конечно, не удалил нужное.
– Подождите, – вмешалась Наоко, – это только исходящие письма. Сейчас проверим входящие.
И всё началось сначала, пока мы не добрались до письма со словом «Железный Шторм» в имени отправителя.
Такое же название было у той самой эскадра, к которой принадлежали паладины, казнившие Грегора.
– Открой-ка это письмо, – сразу остановил я нашего взломщика.
Она кивнула, и передо мной на экране развернулось послание.
«Сэр Дункан Мактавиш, приятно иметь с вами дело!
Я рад, что вы не стали глупить и поделились с нами по-настоящему ценной информацией.
Благодаря этому, предатель получил по заслугам, а клан Мактавишей стал в наших глазах чуть более благонадёжным.
Продолжайте с нами сотрудничать, и вашим грязным делишкам, также как благосостоянию рода и крепкому здоровью всех его представителей ничего не будет угрожать.
Полагаю, мы поняли друг друга.
Харрисон Блэквуд.»– Вот чёрт, – не удержался я, – всё-таки, эта сука Джемма не соврала.
– Не верю… – пробормотал Макс, – это и правда он.
Увы, но иных толкований у этого послания, которое получил Дункан в тот же день, что казнили Грегора быть не могло. И теперь я знал наверняка, что Грегора предал тот, кому он так сильно доверял.
Невольно в памяти всплыли его слова буквально за день до смерти, где он уверял меня, что Дункан встанет рядом с ним даже против ордена. Расплата за такое доверие оказалась смертельной.
– Поищи, переписывался ли он ещё с этим Харрисоном Блэквудом? – попросил я Наоко, после того как сфотографировал экран на свой коммуникатор.
– Нет, ничего нет, – быстро пробила она по поиску.
– Ладно, теперь почисти наши следы, если это возможно, и уходим.
Наоко кивнула, и буквально через несколько минут мы покинули архив.
Глава 3
Пиршественный зал замка в этот день разделился надвое. Вся его левая часть пестрела флагами Хаверсенов, а правая Мактавишей. Да и вообще, буквально всё в убранстве говорило о том, что этот день очень важен сразу для двух могущественных кланов. Для Мактавишей, которые могли в бою выставить полтора десятка боевых кораблей и провести десантную операцию с участием больше десяти тысяч человек, и для их сегодняшних гостей, Хаверсонов, чьи силы в начале конфликта были сопоставимы.
Вражда между этими кланами длилась уже достаточно долго, но если бы не трудности с финансированием своих сил, из-за которых исход войны выглядел печальным, Дункан ни за что не решился бы на перемирие. Слишком уж сильны противоречия.
Но, всё имеет свой конец и свое начало. И перемирие должно было стать и тем и другим. Концом войны и началом подготовки к следующей. Ведь для настоящего воина и главы могучего клана мир – это только подготовка к следующей войне.
И по старой, тянущейся ещё со времен до катаклизма традиции, главы семей должны лично подписать договор о мире и лично разделить вино по этому случаю.