Шрифт:
достаточно снабдить ее табличкой
«Феникс, не успевший возродиться»,
а чтобы воля к жизни
окончательно окрепла,
устроить выставку –
вот свято место и не будет пусто,
готов участвовать хоть лично,
лишь бы из пепла вспыхнула зарница,
иначе – надувательство сплошное –
предательство не то что креатива,
самой идеи, внутреннего смысла
и вещей логики вещей,
какой же Феникс, если зноем
не обожжет тебя ретиво,
не вскинет крылья бескорыстно,
не пропоет о том, что он хоть общий,
но ничей!
09.01.18
Пища для ума
ох, эта пища для ума…
а что получится, когда он переварит –
картина благости полна
или полезут отвратительные твари –
чем гений человечество одарит?
изобретет прививку от чумы
или подкинет смертоносный вирус,
наполнит золотистым светом лиру
или погрузит мир в молчанье тьмы,
когда само дыхание – взаймы…
у будущего шатки берега,
болотистая почва чавкает глумливо –
дрожит прожорливо и жадно глубина,
готова поглотить и облака, и нивы,
переварить цивилизацию лениво…
19.01.18
Почти что не осталось
предельной концентрации
порой
внимание к деталям
достигает
у одержимого изобретательством
Творца,
он при строительстве всемирного
дворца
свои персты использует
как сваи,
с любой песчинкой делится
душой –
без этого не укротить кромешный
хаос,
проникший словно вирус в каждый
атом,
готовый вырваться,
восстать,
в любой момент способна сводов
гладь
обрушиться и обернуться
адом…
надежд на человека
почти что
не осталось…
21.01.18
Продолжается жизнь на Земле!
волшебство притаилось тихонько,
ждет условного знака
оно,
словно тоненькая недотронька
из личинки вот-вот
должно
появиться совсем
другое
непохожее существо –
стрекоза глазами
как Гойя
вдруг проявит свое естество –
зафиксирует лист
на офорте
любознательного зрачка,
крылья, крылья
к полету готовьте,
все прожилки узоров,
да-да,
только сверху откроются
виды
в ослепительной полноте,
и ветрами деревья
увиты,
и река изливает сюиты…
продолжается жизнь на Земле!
01.02.18
Образчики рептилий
рискует будущим генетик,
вторгаясь в равновесие пытливо,
со временем эксперименты эти
геному угрожают взрывом
отчаянным, безудержно-ретивым,
подобно мести, изощренным и жестоким,
освободившиеся токи
ударят с наслаждением
под дых,
пронзят навылет огненным приливом
божественную клетку,
не дожидаясь даже
понятых,
изгонят жизненные соки,
они уже блуждают сиротливо,
мутируя в неведомую муть,
или увязли в иле, или
бредут в бреду – свободой угостили,
в блестящем современном стиле –
стерильно, по науке, а не как-нибудь
в пробирке трепетно растили,
и вот они – образчики рептилий –
неуловимы словно ртуть…
11.02.18
В запасе вечность
штамповка грубая –
как выкидыш
холодной и бесчувственной машины,
дышать, расти не суждено ей –
остается схорониться
подальше – с глаз долой
в каком-нибудь заумном механизме,
где будет исполнять
роль незаметного статиста…
судьба у рукотворного создания иная,
теплом дыхания его пропорции согреты,