Длинным прыжком я залетаю на спину одному из Рыжих и под ненавидящим взглядом второго наступаю ему на голову одной ногой, прижимая ее к полу. Слушаю с пару минут страшные и ужасные проклятия, пока тело под ногами сначала сопротивляется, потом судорожно дергается, затем затихает совсем. Для верности жду еще пару минут, узнавая о себе столько всего негативного, что даже не подозревал о таких своих возможностях. Второй Рыжий путем невероятных усилий добирается до своего, теперь точно совсем мертвого брата и пытается укусить меня за носок мокасина.

Хорошо, что он так удобно подобрался, я переступаю с неподвижного тела на него самого, потом так же слушаю бульканье и хрипы какое-то время. Когда он затихает наконец, наклоняюсь и срезаю веревки с рук первого погибшего от моих ног, дальше освобождаю ноги и бросаю веревку к мешочкам с камнями, с которых стекает темная жидкость.

Обыскивать Рыжих я не собираюсь, пусть пояса со всеми сокровищами остаются на своих хозяевах, как доказательство того, что они умерли сами, просто захлебнулись.

Захлебнулись усилием воли, а что тут странного? Нелюди же и поступки у них нечеловеческие.

Кто от них ожидает чего-то другого, тот пусть сам голову об этом ломает.

Потом перескакиваю на первого и освобождаю от пут. Наверняка, что от веревок останутся какие-то следы на руках, но тут я ничего не могу поделать. Поэтому не переживаю особо, да и распухнуть они могут хорошо, если неделю пролежат здесь, пусть даже все вино впитается в землю.

Оставляю тела лежать в море вина, от аромата которого меня уже немного подташнивает, пока возвращаюсь к более созидательному труду, так же выбиваю крышки и складываю мешки с добычей выше уровня вина.

В седьмой бочке, стоящей в стороне, ничего не оказалось, как я и ожидал.

Перед тем, как ее вылить, приходится поднять мою добычу повыше, плотное вино плохо просачивается в землю, уровень его уже сантиметров под двадцать выше пола в подвале.

Потом я мою в ведре с водой мокасины сверху и промакиваю в нем же мешочки с камнями. Возвращаюсь на кухню за новой чистой водой и полотенцами, которыми протираю свои следы.

Запах вина настолько плотный, что я отламываю одну копченую колбасу и перекусываю ей, чтобы не захмелеть. Потом съедаю еще вторую, продолжая так же промывать мешки от вина. Выливаю ведро воды в вино и нагружаю его мешками, которые за два раза переношу в кухню. Где оставляю отмокать в бочке на пять минут, полощу их, как могу, потом выношу в коридор и ставлю на пол, чтобы они стекали.

Теперь уже окончательно захлопываю дверь в подвал, оставляя последних Рыжих из городского клана Астора в полной темноте плавать в ароматной жидкости.

– Все же достаточно легкая и приятная смерть, умереть от слишком большого, чтобы его выпить, количества дорогого вина, – успокаиваю я себя.

Здесь же, около добычи, переодеваюсь в новую пару обуви, вытираю, как следует ноги, промокшие мокасины оставляю плавать в бочке с уже не такой чистой водой.

Спускаюсь в первый подвал, снимаю пучки трав с видимого мне в магическом взгляде тайника и сразу подобрав ключ еще по памяти, очищаю тайник от мешочка с золотом, как и в тот раз.

Закрываю тайник ключом, накладываю магический скрыт, потом вешаю пучки трав и приправ обратно, с нижними этажами все, я закончил эту эпоху.

Хорошо, что теперь не требуется обыскивать все помещения дома и вокруг не бродит Стража с указанием присматривать за усадьбой. Руки у меня развязаны полностью, я поднимаюсь к двери на третий этаж, открываю ее ключом, довольно сложным по внешнему виду и сначала обыскиваю комнату Старшего, ставни в которой закрыты на пару серьезных замков.

Ничего особо не нахожу, да и не стараюсь, все ценное он забрал с собой, а я вспоминаю, что так и не посмотрел его пояс, лежащий у меня на шкафу в мешке.

Это – серьезное упущение, мало ли чего там есть и это же явная улика, если следы от места массовой гибели как-то непонятно быстро приведут ко мне.

Я закрываю дверь комнаты и занимаюсь большим тайником, снимаю магический скрыт и открываю замок, после чего жду, когда вылетит болт и снова задрожит в поставленном напротив, типа для красоты, деревянном столбе. Выдергиваю его и вытащив ларец концом кинжала из тайника, бросаю болт обратно, закрываю замок и накладываю скрыт заново.

Аккуратно закрываю дверь на третий этаж и спускаюсь вниз к своей добыче.

Все осталось целым и невредимым, пусть служивые поломают потом голову, зачем приходил убийца в дом.

Если смогут, конечно, хоть что-то обнаружить.

Здесь складываю сырые мешочки в кожаные мешки, по весу получается около пяти килограммов, солидная добыча мне досталась.

Так, осталось забрать мокасины из бочки, где они отмокают от пропитавшего их вина и запаха, что я и делаю, выжимаю их и кладу к камням.

Теперь стоит подумать, возвращаться ли мне старым путем через шкаф и как забраться на него обратно. Как-то это слишком сложно и стоит ли мне рисковать, что кто-то увидит, как вор вылезает из окна?