Стриж для легендирования новой личины отправился вместе с Дараном, Робином, Райной и Гюнтером сопровождать караван к землям Стальных Грифонов. В это время Дану в компании Максимилиано и нескольких бойцов улетела подчинять себе дикие эльфийские племена.

А в том, что у неё это получится сомнений не было. Ниэль, надменное дитя властителей Поднебесного, едва не поклонялась златоглазой Древней. Что уж говорить о дикарях, перед которыми она явится в сверкающей крылатой эгиде? Да ещё и в компании столь же впечатляющих бойцов?

Но несмотря на все эти аргументы Лёха нервничал. Слишком привык лично участвовать во всех операциях и необходимость впустую тратить две недели в тихоходном фургоне, когда можно переместиться к цели мгновенно, тяготила. Но со сменой лиц он распрощался вместе с Белочкой и теперь следовало основательно проработать легенду и новое имя среди соратников Дарана.

Тем временем репликанты по наводке Лауры должны были взять живыми и тайно доставить в замок будущих участников «ритуала истребления». Но вместо того, чтобы руководить группой, Стриж вынужден будет трястись в фургоне и раз за разом прокручивать в голове варианты провала любой из затей.

И это не считая беспокойства как за судьбу Белочки, оставленной под ответственность Мии, так и за судьбы окружающих её пустотников.

Недели пути превратились в бесконечность. Первое время, пока шли через заселённые земли, было даже скучно. Но всё изменилось, стоило пересечь границу погибшего клана.

Скука и монотонность сменились стычками с демонами. Они периодически нападали на караван, порой нанося потери. Раз экспедицию угораздило оказаться вблизи разлома, откуда на людей хлынула орда голодных тварей.

Выручила Золотой коготь Глория — присланная императором представительница Тигров. Она закрыла разлом, не дав прорваться всей стае. Но всё равно битва была кровавой, унеся жизни двух десятков воинов. И ещё пятеро позже умерли от ран.

Когда наконец колонна выехала на присыпанную листвой дорогу Древних, Лёха не сдержал вздох облегчения. Ещё пара дней и всё, финал путешествия.

Стоило громадного труда не орать на попутчиков, остановившихся, чтобы полюбоваться на невиданную диковину — дорогу Древних. Даже Глория слезла с седла и, ногой раскидав листья, с интересом разглядывала монолитное покрытие.

Но всему приходит конец.

Наступил долгожданный момент, когда караван проехал во двор заброшенного замка.

— Ну, кажись, добрались, — резюмировал возница, увидев поднятую руку Дарана.

Вдоль колонны раздавались команды десятников, но сработавшиеся за время пути люди и так знали, что делать.

Фургоны привычно выстроили кругом, как всегда на привалах, возницы распрягли волов, а остальные стояли и рассматривали свой новый дом.

— Я думал, будет хуже, — услышал Стриж за спиной.

Обернувшись, увидел бригадира каменщиков, осматривающего особняк.

— Ну да, — отозвался старший кровельщиков.

Завязался разговор на профессиональную тему. Пока они беседовали, воины изучали территорию и выставляли посты. Остальные терпеливо ждали, пока прозвучит команда к разгрузке телег со стройматериалами.

Наконец Даран счёл, что меры безопасности достаточны и замок впервые за многие десятилетия ожил.

Останки бедолаги, лежавшие у входа в подземелье с клановым артефактом, вынесли наружу и торжественно возложили на сколоченный плотниками помост, готовя к пышным похоронам. Даран объявил, что это один из его предков, павший в междоусобице. И в доказательство показал якобы найденный при покойном перстень с клановым гербом.

Воспользовавшись моментом, пока все отвлеклись на речь, Стриж, и Райна спустились в подвал и прошли в зеркало.

— Командир, с возвращением, — улыбнулся им дежуривший у портала Густаво. — Госпожа Райна, вы как всегда очаровательны.

Магичка в ответ изобразила что-то похожее на улыбку.

— Как наши? — задал Лёха самый важный вопрос.

Всю дорогу он изнывал от невозможности получить весточку от своих и теперь боялся услышать, что кто-то ранен или, хуже того, погиб.

— Всё в норме, командир, — вновь сверкнул зубами Густаво.

— Белочка? — второй, не менее важный для Стрижа вопрос. — Как себя вела?

— Это не демон, а цирк, — хохотнул тиаматец. — Хотя, если честно, порой хочется убить гадюку. Её язык подобен змеиному жалу.

— Ну да, такой острый, что всю задницу порежет, — Лёха скрыл облегчение грубоватой армейской шуткой. — Ладно, давай сбор штаба.

— Есть, — тиматаец выбежал из зала.

Глядя ему вслед, Стриж понял, насколько соскучился по друзьям. Особенно по Мие. И даже по Белочке. После долгого соседства с ней в одной голове постоянного общения с вредной демоницей не хватало.