Мир таких людей ограничен несколькими борделями, несколькими салунами, а также немногими местами, где они могут общаться друг с другом. И если в городе это всего лишь несколько городских кварталов, то на Диком Западе это несколько городов, несколько сотен квадратных миль. Даже если преступники покидают свой мир, то почти всегда возвращаются назад — к старым связям, в знакомые места, к знакомым людям.

Бен Карри давал укрытие, планировал операции, обеспечивал доступ к деньгам, но не всем это нравилось. Многие хотели бы поступать так, как им хочется, они жаждали известности, славы. Бен всегда старался избавляться от подобных типов, он предпочитал людей хладнокровных и сдержанных, и все же в банде было немало и тех, кому не терпелось покрасоваться своими «подвигами», и Бену не всегда удавалось вовремя распознать их.

Поначалу Дакроу был спокойным, надежным человеком, но в последнее время сблизился с Перрином и к тому же стал много пить.

Двери салуна распахнулись, и в зал вошли двое. Майк бросил на них взгляд и сразу понял — опасность подстерегает не только их, но и Бена Карри. Всю организацию. Том Дакроу был безобразно пьян. Из-за его плеча выглядывал Снейк Фернандес. Очень неприятная парочка. Они и раньше доставляли много хлопот, но их всегда прикрывал Керб Перрин.

Бастиан сделал только шаг, как был тут же замечен Дакроу.

— А вот и он! Любимчик! Любимчик хозяина!

— Том, — тихо сказал Бастиан, — тебе лучше уйти отсюда и проспаться.

— Вы только посмотрите, он мне еще приказывает! Что, уже вырос из коротких штанишек?

— Ваши лошади ждут вас за дверью, — продолжал Бастиан. — Давайте взбирайтесь на них и отправляйтесь домой.

Дакроу топнул ногой.

— Попробуй-ка заставить меня сделать это!

— Том, — опять заговорил Майк, — здесь не место для таких разговоров! — Он подошел ближе и, понизив голос, добавил: — Бен не хочет никаких неприятностей, и ты знаешь об этом.

— Бен? А кто такой Бен? Керб Перрин — вот кто хозяин, не забывай об этом!

Это был вызов — Дакроу мог сказать слишком много. Удар Майка Бастиана был очень быстрым: левой — в грудь, правой — в челюсть. Дакроу не был кулачным бойцом и, кроме того, совершенно не ожидал нападения. Его колени подогнулись, и он рухнул на пол лицом вниз.

Выругавшись, Фернандес потянулся за своим револьвером, и у Майка не осталось выбора: он прострелил бандиту плечо, револьвер выпал из пальцев Снейка. Бормоча проклятия, он потянулся за вторым, но Гарлин, который стоял сзади, тут же обезоружил его.

Майк поднял полубесчувственного Дакроу и потащил его к двери, но оказался перед человеком, на лице которого было суровое выражение, а на груди звезда шерифа.

— Что здесь происходит? — спросил он.

Майк приятно улыбнулся.

— Ничего особенного, офицер. Пара ребят из нашей команды приняли слишком много спиртного. Мы сейчас заберем их в лагерь, а завтра утром вообще уедем из города.

Шериф перевел взгляд с Майка на дока Сойера. Их достаточно респектабельный для Запада вид несколько успокоил его.

— Кто вы такие? Я вас не знаю.

— Конечно, сэр. Мы направляемся от Моголлонов, перегоняем небольшую партию скота на ранчо в Калифорнию. Дорога была нелегкой, и ребята немного перебрали.

Подозрение не сходило с лица шерифа — что-то его беспокоило.

— Может, ты и ковбой, но этот джентльмен с тобой похож на карточного игрока.

Майк усмехнулся.

— Офицер, я с ним играл, если бы ему пришлось картами зарабатывать себе на жизнь, он бы умер с голоду. На самом деле он врач, хирург, и очень неплохой. Это друг нашего босса.

Из-за спины шерифа появился высокий седоватый мужчина.

— Так для кого, ты сказал, вы гоните скот? Я сам работаю у Моголлонов.

Пока шел разговор, Гарлин вытолкал Фернандеса и Дакроу на улицу. Док Сойер уже начал жалеть о том, что не ушел вместе с ними.

— Я не работаю для Моголлонов, — улыбаясь, ответил Майк, — но за меня может поручиться Джек Мак-Кардл. Док Сойер — его друг, он распоряжался продажей скота, принадлежащего Джеку.

Шериф перевел взгляд на седого ковбоя.

— Ты знаешь этого Мак-Кардла, Джо?

— Знаю, хороший парень. У него ранчо «Флаинг-М», но я не знал, что он продает скот.

— Ладно, думаю, с вами все в порядке, — сказал шериф, но ему почему-то не хотелось отпускать их. Он внимательно изучал Майка. — По твоему разговору никак не скажешь, что ты ковбой.

— Офицер, ковбоями становятся самые разные люди, из самых разных мест. С нами как-то работал парень из Англии, из Норфолка. А я учился на священника, — важно сказал Майк, — но мои интересы отвлекли меня на дела более суетные. Боюсь, я согрешил. Игра в очко обычно заводит в сторону, противоположную кафедре проповедника.