– Мужская зависть – скверная вещь! – ехидно кинула вслед удаляющемуся псу ведьма.

– А малолеток вообще не спрашивали! – отчаянно огрызнулся он.

– Прокляну!

– Валяй! – он приподнял меня над полом… а я и не сопротивляюсь, и направился на выход. – После знакомства с этим дьяволом, боюсь, какой-то магией меня уже не напугать! Всё! Пошли, я сдам тебя комитету за то, что ты преступно хорош! Полиция за тобой уже выехала!

Мориока раскрыл дверь… и побелел, наблюдая с той стороны одну напомаженную морду. А я вот неожиданно свалиться на пол – оказалось крайне неприятно! Я выглянул из-за оборотня, любуясь ехидной мордой, отчаянно пытающейся пародировать высших эльфов.

– Не стоит утруждаться! – с некоторой усмешкой проронил Кёя – «Полиция» уже прибыла!

– … – мы молча ответили ему немым шоком.

Мока не избивала Кейто, да и я вроде ещё ничего такого не натворил, дабы к нам ходили целыми делегациями. Что ему нужно?

Лис осмотрел присутствующих, даже внутрь заглянул, а затем обратил пристальное внимание на нашу шуточную возню с Гинеем.

– Конечно, это не моё дело, но что вы делаете?

– Вам в перспективе или на данный момент? – уточнил я, поднимаясь на ноги.

– На данный момент!

– Ну… мы с сем-паем проводили следственный эксперимент…

– Хо… и какой же эксперимент? – в его глазах промелькнул интерес.

– Эксперимент из серии «можно ли приделать хуй муравью?»! – деловито заявляю ему, со сознанием дела поднимая палец.

Все смолкли.

Гин не просто побелел, а выпал в осадок, девочки охренело вылупились на меня, пока комитетчики, среди которых успели затесаться мои покупатели вместе с Кейто, буквально надулись, стараясь всеми силами сдерживать рвущийся наружу ор. Кое-кто из свиты всё-таки не сдюжил и предательски хрюкнул, а другие морально неустойчивые подхватили и сорвались в истерических смех.

Комитетчики явно не думали, что их лидер так люто опростоволосится на какой-то игре слов и простенькой детской подъёбке, коей недавно меня осадил Пёс. Златовласка стремительно покраснел – не от стыда, отнюдь! – и обернулся к своему хрюкающе-ржущему табуну. Встретившись с матерно-аристократическим взглядом все быстро подавили истерику и подобрались…

…хотя, когда тот снова начал смотреть на нас, его свита изо всех напрягла мышцы лица, дабы вновь не заняться полезным занятием, продлевающим жизнь.

– Ты что сейчас, осмелился издеваться над нами? – по лицу йоко видно, как тот снова перестать владеть ситуацией и отчаянно старается перехватить инициативу.

– Никак нет, господин глава-менеджер! – отрапортовал ему, специально приложив руку к пустой голове. – Просто у нас статья для следующего выпуска газеты готовится. Вот вы… эм… Кёя…

– Одзаки, – поправил он. – Я из клана Одзаки.

– Ага, спасибо! Вот вы, господин Одзаки, когда-нибудь слышали, что на лестнице развития есть три ступени деградации: первая, средняя и последняя.

– Что? – он охренело выпучился на меня. – Ты вообще, о чём сейчас?

– Первой ступени подвергнуты все разумные, так как порой каждому хочется немного расслабиться, перестать забивать голову заботами с проблемами и просто пострадать хернёй. Как раз во время своих исследований мы с клубом решили углубиться в омут деграданства и лишь слегка промочили ножки, решив на вопрос Мориоки-семпая «Что ты наделал?» приделать муравью сей чудный детородный орган… но, увы, у нас ни лишнего хрена, ни, собственно, и муравья.

Комитетчики, походу, сдались и вновь начали ухахатываться, пока Кёя, ощущая себя полностью опозоренным, ещё раз обернулся к остальным и заорал:

– Молчать!

Они отчаянно боролись с хохотом, пытались изо всех сил унять истерику, но позорно проигрывали сражение.

– Заткнитесь!

– Ну-ну, господин глава-менеджер! – я начал успокаивать его, подняв перед собой руки. – Ну пошутили немного, ну решили развлечься с ребятами – чего сразу затыкать остальных и не давать им оценить деградантскую шутку, над которой даже мы сами посмеялись?

– Это мои люди – они выполняют мои приказы! И в данный момент они на работе и должны выглядеть серьёзно!

– Но они же тоже живые и у них есть свои хотелки! – поправил его. – Если им смешно, что прямо нельзя сдержать порыв души – пускай смеются… кстати, вы зачем к нам пожаловали? Неужто приготовили деньги за нераспроданную партию газет?

– Так их же сож… – он озадаченно взглянул на Кейто, которая уже успела «стыдливо» опустить глазки вниз, прикрывая ротик ручками.

– Что? – невинно спросил я, приподнимая бровь.