– Наверное, послали того, кем не жалко пожертвовать, – шепнул мне Вороненко.

– Старики тоже любят жизнь, – ответил я.

Мы сидели в зале управления станцией, за большим овальным столом – все трое. Ни Лизу, ни Лену Буравкину, ни Надю Полякову старик позвать не разрешил. Твердо заявил по телефону:

– Незачем.

По-русски он говорил хорошо, без акцента. Скорее всего, родился в России. А уж как стал членом совета директоров крупнейшей американской корпорации – кто знает? Может быть, бывший мафиози. Или большой ученый.

Прикинув, когда наш гость появился на свет, я понял, что он, возможно, мог быть нашим сверстником. Или даже старше. Ну а если и моложе – то всего на несколько лет.

– Здравствуйте, друзья, – сказал старик, усевшись за стол. Уголок рта его странно дернулся. Словно бы что-то его очень огорчило, но он пытался сохранять самообладание.

– Вы не беспокойтесь, мы не сделаем вам ничего плохого, – успокоительным тоном проговорил Каркунов.

Старик внимательно посмотрел на него и разразился каким-то странным, каркающим смехом.

– С чего ты взял, что я боюсь?

– Нет, нет, я так не думаю.

– Думаешь, но совершенно напрасно. Во-первых, мне уже поздно цепляться за бренное земное существование. Лет десять – двадцать, и все. Хотя, с другой стороны, хочется узнать, найдут ли жизнь на звездах… Волнуюсь я, однако же, за вас, а не за себя.

– А вы нас не считаете чудовищами? – спросил Вороненко. – Тут по телевидению круглосуточно идут дебаты…

Старик сделал резкое движение рукой, дескать, помолчи, не сводя с Вороненко пристального взгляда.

– Дебаты – для «зрителей». Я себя к таковым не отношу. Что же касается меня… У меня больше оснований, чем у кого бы то ни было, считать вас чудовищами. И в то же время не считать таковыми. Поэтому сюда пришел именно я. И поэтому говорю без свидетелей. На вопрос твой отвечаю ясно: нет, не считаю.

Наш гость, похоже, заговаривался. Или был слегка не в себе. Почему он решил, что лучше всех разбирается в нашей проблеме? Сам создавал технологию клонирования? Или аппарат для считывания матрицы сознания?

– А ты что молчишь? – обратился он ко мне. – Ты ведь захватил станцию? Галкин, самый первый клон?

– Ну, в общем-то да, – кивнул я.

– Позор на мою голову, – опять невпопад заявил старик. И вдруг снова рассмеялся. – Вы бы хоть спросили, как меня зовут, – вытерев слезящиеся глаза, заявил он.

– И как же вас зовут? – послушно исполнил просьбу гостя Каркунов.

– Евгений Воронов, – твердо ответил старик.

Минуты на полторы в зале воцарилось молчание. Я опомнился первым:

– Вы хотите сказать, что вы еще живы?

– Что за идиотский вопрос? – усмехнулся старый Воронов. – По-твоему, перед тобой труп? Четче формулируй свои мысли… Я жив и даже относительно здоров. И вообще, можешь держаться проще и говорить мне «ты». Ты ведь мне почти как сын. Все вы мне почти дети. Или даже внуки… И мой пример наглядно демонстрирует, что, не идя на поводу у дурных привычек и придерживаясь здорового образа жизни, вы можете прожить до девяноста лет. Минимум. Наследственность неплохая. Да, а минирование термоядерных электростанций не способствует продлению жизни. Тут вообще находиться долго опасно – высокоэнергетические частицы просачиваются из реактора, облучают организм.

Не сказать, что с возрастом Воронов стал менее многословным. В речах его чувствовалось некоторое занудство и стремление поучать окружающих…

– Что же вы такую дрянь здесь построили? – поинтересовался Вороненко.

– А ты думаешь – был выбор? – спросил старик. – Думаешь, выбирать приходится между хорошим и очень хорошим? Нет, выбор всегда идет между плохим, очень плохим и отвратительным. И иногда приходится выбирать очень плохое, потому что просто плохое ведет впоследствии к отвратительному!

– Да мы ведь… – начал Каркунов, и я понял, что он собирается признаться в том, что станция на самом деле не заминирована.

Пнув его ногой под столом, я сказал:

– Ваше заявление нас очень заинтересовало. Но то, что вы – Воронов, неплохо было бы доказать.

– Документы, что ли, предъявить? – спросил старик.

– Документы можно подделать.

– Верно. Запросто. Подделать документы почти ничего не стоит. Как сделали все вы. Да вы еще и не разбираетесь в нынешних документах. Я, впрочем, тоже. От жизни отстал. Внук мне показывает, как новыми кредитными карточками пользоваться. Вроде бы не слишком мудрено, а не получается…