По «коттеджному» поселку я прошагал километра два. Однако, прошагав несколько десятков улиц, застроенных одноэтажными домиками, я оказался не на опушке леса, как я по наивности ожидал, а на краю еще одного поселка. С огромными высотными домами, броскими рекламными щитами, сиявшими всеми цветами радуги, и мчавшимися по широким улицам автомобилями. Скорее всего, Мишкино плавно перетек в какой-то другой поселок или даже город. Я мог бы проконсультироваться у мобильного компьютера, который быстро связался бы со спутником связи и слежения и выдал бы мои координаты с точностью до нескольких метров. Но было лень.

Я купил мороженое в автомате, воспользовавшись своей кредиткой. Уже второе. Первое я взял, едва выйдя из дома. Может быть, в другое время я бы заказал пива, но ребята, сновавшие вокруг и глотавшие его литрами, вызывали у меня отвращение, которое невольно перекинулось на неплохой напиток. Поэтому я ограничился «детской» программой.

Откусывая сладкий и жирный пломбир маленькими кусочками, я медленно брел по незнакомой улице и поглядывал по сторонам. Внимание мое привлек огромный дом, возвышавшийся среди других построек как горящий огнями океанский лайнер среди утлых рыбацких лодок. На крыше дома высился громадный рекламный щит с безукоризненно вычерченной надписью. Ее просто нельзя было не прочесть. Надпись гласила: «ЛИФТ В НЕБО». И больше – ничего. Только скромный значок копирайта сбоку.

Телефон в кармане внезапно запиликал. Я вздрогнул. Кто мог мне звонить? Как? Я не давал номера никому, намереваясь использовать телефон только как средство вызова. И не звонил с него никому, так что определитель номера сработать не мог. С помощью телефона я лишь обращался к навигационной системе, выходил в Интернет… Но в Интернете я даже с Косолапым общался через свой ящик…

Подавив первый позыв швырнуть телефон в кусты и бежать, я нажал, сенсор ответа на вызов.

– Вас беспокоит домашний компьютер, – сообщил механический голос из динамика. – На ваш адрес пришло срочное сообщение. Зачитать?

Проклятые автоматы! Рано или поздно они меня продадут властям!

– Читай! – приказал я.

– Евгений! Моя подруга в опасности. Ей ввели органический яд, противоядие от которого нужно ввести не позднее чем через две недели. Поэтому я и вынужден захватить электростанцию. И не только поэтому. Помоги мне, потому что ты нуждаешься в этом даже больше, чем я!

Загадочный друг уже начал мне надоедать. Теперь он пытается повесить на меня свои проблемы. С другой стороны, если он действительно друг, я должен ему помочь. Ведь он помог мне. И помог хорошо. Благодаря ему я ближе познакомился с Инной. Благодаря ему я сейчас свободен и нахожусь в относительной безопасности…

Я перевел взгляд на горевшую в небе надпись «ЛИФТ В НЕБО», пытаясь понять, что бы она могла означать. Или надеясь дождаться, когда эту надпись сменит другая, более понятная. Как происходило почти на всех других рекламных щитах. Но строчка «ЛИФТ В НЕБО» не менялась и даже не мигала. Просто горела. Холодным, ярким и уверенным светом.

За моей спиной послышался легкий шум, но я не стал оборачиваться. Как оказалось, это была большая ошибка. Сзади раздался какой-то радостный всхрюк, визг, а голову мою вдруг пронзила резкая боль. Я хотел обернуться, но не смог. Попытался собрать волю в кулак, не отключаться, сопротивляться тем, кто на меня напал… Но у меня ничего не вышло. Я провалился в небытие. Только перед глазами некоторое время плыла надпись: «ЛИФТ В НЕБО».

Я пришел в себя в комнате с белыми стенами и потолком. Окон в ней не было. Мебели, кроме кровати и небольшой тумбочки, тоже. Дверь выделялась на фоне стен только фактурой материала.

В помещении, где я очнулся, было весьма неуютно. Ощущалась какая-то опасность, хотя источники ее и не были видны. Впрочем, все мы наслышаны о комнатах с белым потолком и их влиянии на подсознание. Эту комнату я бы классифицировал как больничную палату. Хотя никаких врачебных инструментов рядом не наблюдалось. Может быть, я сплю и вся странная комната – мираж, игра моего воображения?

Версия миража не подтвердилась, хотя и решительно опровергнута не была. Дверь в мою палату отворилась, и – наяву или во сне, это уж как вам будет угодно, – в нее вошла молодая женщина.

В серой форме, с погонами на плечах. Впрочем, подстрижена была девушка как-то неподходяще для военной. Короткие пряди разной длины обрамляли слегка вытянутое личико. Подбородок – треугольником, носик вздернут. Большой рот, лукавые глаза.

Юбку девушки я бы назвал слишком короткой для форменной. Худые коленки открыты. Ноги – немного кривоваты, но в этом даже присутствовал некоторый шарм. Эдакая девочка-подросток с лейтенантскими звездами на плечах.

– Здравствуйте! – широко, показав ровные острые зубы, улыбнулась девушка. – Все в порядке?

Ну и вопросы! Заточили в подозрительный бункер и спрашивают, доволен ли я. Главное, совершенно не помню, как сюда попал!

– Спасибо, товарищ лейтенант! Я приподнялся с кровати, обнаружив заодно, что одет в шерстяной спортивный костюм. Девушка вздрогнула, потом улыбнулась.

– Я не лейтенант, а советник третьего класса, – сообщила она. – Надежда Полякова.

– Рад вас видеть, Надежда. А чему я, так сказать, обязан?