Все это я более или менее ясно попытался изложить Наде. В конце концов, язык у меня тоже немного заплетался, и, возможно, я объяснял не очень доходчиво и долго. Но девушка меня поняла.

– Есть мнение, что человек, который намерен захватить ГигаТЭЦ, будет обладать менталитетом, очень сходным с твоим.

Перед словом «менталитет» Надя помедлила, но в конце концов произнесла его четко и без запинки. Чувствовалась хорошая подготовка в области общественных наук. Совсем не лишняя для сотрудника спецслужб.

– Вот оно что, – протянул я.

Выходит, я здесь вроде обезьяны. Рефлексы которой изучают взрослые и умные дяди. Одна обезьяна собирается залезть в курятник. А я – зверек ручной. Со мной обращаются вежливо и корректно. Но конечная цель – предугадать поведение зверька дикого. Или все-таки мотивы спецслужб более глубоки?

– Ну, а твоя роль? Неужели полковник боится, что я сбегу?

– Запросто, – кивнула Надя. – Твои показатели очень высоки. И полковник тебя очень уважает.

– Почему ты тогда не ходишь со мной по станции?

– Я за тобой приглядываю, – призналась Надя. – Через компьютер. Браслет ведь снабжен чипом поиска.

– Выпьем за уважение, – предложил я, фиксируя любопытную информацию.

Собственно, Мизерный предупреждал меня о возможностях браслета. Но я воспринимал его скорее как телефон.

Мы опрокинули еще по стопке, и Надя заснула прямо за столом. Думаете, легко сторожить человека, который без устали носится по станции? И недосыпать по ночам, проверяя, не ушел ли он? Прямо скажем, могли отрядить девчонке в помощь еще кого-то…

Я аккуратно поднял Надю, отнес ее на кровать и вернулся к столу. Включил телевизор. В новостях шли бурные дебаты о том, где нужно строить ТераТЭЦ. Что это за ТераТЭЦ, я с лету не понял, но чуть позже догадался, что это электростанция, которая будет похлеще ГигаТЭЦ.

Пить я больше не стал. С утра – на работу. К тому же, вдруг вызов по тревоге поступит сейчас? Я пошел в свою спальню и отключился. Снились мне огромные платформы, плавающие в космосе. К Земле от них тянулись провода. Я плавал в скафандре вокруг одной из платформ, а несколько космонавтов, лиц которых не было видно за темными стеклами шлемов, упорно тащили меня вниз, призывая экстренно приземляться. Я твердил им, что в скафандре приземляться нельзя, мы сгорим в плотных слоях атмосферы, и отбивался. Космонавты так упорствовали, что у меня закралось подозрение – неспроста. Они хотели избавиться от меня под благовидным предлогом.

А потом они сразу словно бы куда-то исчезли. И я увидел, что от платформы в дальние дали поднимается широкая деревянная лестница. Не садовая, с перекладинами, а основательная, как в старинном замке. Теплое, полированное дерево красиво освещали солнечные лучи. Казалось, по этой лестнице можно дойти до самого Солнца. Это было приятно и радостно.

Проснулся я, когда солнце уже высоко стояло над горизонтом. Электронный будильник глухо пробил десять раз. Я опустил ноги на пол и чуть не наступил на Надю, посапывавшую рядом с кроватью на коврике. Девушка была прикрыта пледом.

Ничего себе! Мы все-таки провели ночь вместе? А сейчас она упала с кровати? Ничего не помню…

– Что ты здесь делаешь? – громко спросил я. Девушка открыла глаза.

– Ты был очень пьян. Я боялась, что тебе станет плохо. Или ты захлебнешься во сне. Караулила, – заявила Надя.

Если бы не болела голова, я бы расхохотался.

– Был пьян? А ты?

– Как только я поняла, что потеряла над собой контроль, приняла таблетку. Не понимаю, почему ты этого не сделал? И почему не разбудил меня, когда я так не вовремя заснула? Я пыталась тебя разбудить, но ты только мычал и отбивался…

Да уж… Если бы я знал о существовании таких замечательных таблеток! Вот почему здесь, на режимном объекте, разрешают продавать и даже пить водку!

Браслет у меня на руке вдруг ожил.

– Господин Вороненко! Прошу вас прибыть для тактической тренировки в космосалон. Он расположен в жилом поселке станции.

Голос с акцентом принадлежал начальнику охраны Смиту.

– Хочешь, пойдем со мной, – предложил я. – Наверное, будет интересно. Мне обещали показать современную технику, которую используют террористы. И смоделировать компьютерную игру, где я, пользуясь этой техникой, буду штурмовать станцию.

– Такая установка называется виртуальный тренажер, – заметила Надя. – Мне он не в новинку. Конечно, я пойду с тобой. И буду твоим инструктором. Это входит в мои обязанности.

Пока я приходил в себя после таблетки, которую дала мне Надя, она быстро переоделась в брючный костюм, который я прежде не видел, подкрасила глаза и надела туфли на низком каблуке. Таблетка не только прояснила голову, но и словно бы прочистила все каналы восприятия. Я стал лучше видеть, лучше слышась. Уловил едва различимый горький аромат дорогих духов, шедший от волос девушки. Действие чудо – лекарства было приятным, но слегка пугающим. Впрочем, избавление от похмельного синдрома того стоило.