Вот так и нас не выдавало ничего, кроме роста и телосложения.

Мы взяли себе случайные гоблинские лица и такие же имена. Я был Крам, Рюу обозвался Рорком, Деокс - Дымом. Вроде не должны запутаться.

Тоненькие провода гарнитур не должны выдавать нас перед гоблинами, которые не имеют представления о наших технологиях. А сами рации мы замаскировали внутри гоблинской одежды и доспехов.

– Кто такие?
– наконец окликнули нас на входе в лагерь.

Рост взрослого гоблина обычно составлял 150-160 сантиметров. Быть ниже этого - редко, но не особо удивительно. А вот я со своими чуть больше 180 не вписывался в картину никак. Деоксу "повезло" быть немного ниже, около 175, а Рюу, как истинный японец был самым невысоким из нас троих. Правда, отрыв от ближайшего конкурента составлял буквально пару сантиметров.

Но всё это до нашего магического преображения с помощью Смены Облика. Обычно этот навык мог менять комплекцию тела совсем немного, причём рост поддавался изменениям хуже всех прочих показателей. От своего настоящего роста можно было отклониться примерно на 5-6 сантиметров в любую сторону. С первой попытки. Вторая требовала уже более значительного вложения маны, и давала только где-то 3 сантиметра дополнительной разницы в лучшем случае. Третья - того меньше, короче, где-то десятью сантиметрами разницы мы были ограничены.

Но с использованием невероятно дорогого и редкого для нас ресурса, праны, дела пошли лучше.

Я "сбросил" целых 15 сантиметров, теперь выглядел как невероятно, редкостно рослый гоблин. Великан, можно сказать. Деоксу удалось справиться ещё лучше, он стал даже ниже Рюу, который остановился на цифре в 160.

Наши тела выглядели нескладно, даже по гоблинским меркам. Но к счастью, на первом посту пока особого внимания не привлекли.

– Отставшие...
– устало протянул я, - подскажи, откуда это так жратвой пахнет?

– Подбери слюни, боец, - улыбнулся часовой, - это наш парняга варит. Только на наш отряд!

– Понял, понял. Где старшие встали? Пойду доложусь, пока мне голову не оторвали.

– Это ты чего такой ответственный? А, десятник, - он наконец рассмотрел широкую белую полоску на моём плече. Еле влез в гоблинскую броню. Деокса вообще пришлось обряжать в какое-то тряпьё.

Нам указали на крупный костёр ближе к центру хаотично собранного лагеря. Тяжело было останавливаться на ночь такой ораве на узких улочках в развалинах города. Но кое-что кое-как они всё же организовали.

Мы откланялись и угрюмо зашагали внутрь.

Что-ж, внутрь мы попали без проблем.

Вот бы и дальше их не было.

– Десятник Крам, дружина графа Наара, - я отсалютовал старшему по гоблинскому обычаю. Говорить с местными по возможности должен я, так как глубже остальных просканировал воспоминания пленных.

– Что ты сказал?
– тучный пьяноватый гоблин у костра положил руку рукоять кинжал. К счастью, обращался я не к этому пьянчуге.

Гораздо более опрятный и подтянутый седовласый офицер отмахнулся от его вопроса и обратился ко мне:

– А вы тут какими судьбами?
– этот вопрос, признаться, поставил меня в тупик.

– Ну так... отстали. Снабжение нас подвело, встряли по дороге. Решили догонять сами.

– Чего это Наар взялся помогать королю?
– ну да, я ведь назвал имя первого попавшегося знатного господина, жившего по соседству с допрашиваемым. А он, похоже, не особенно то дружен с местным монархом.

Ну вот, Штирлиц, кажется доски под тобой предательски хрустнули. Перевыдумывать имя на ходу?

– А я почём знать, вашество. Мине отправили, я пришёл. Высокие господа как подъедут - их и спрошайте.

Моя роль из хваткого и ответственного десятника, который такой молодчина, что его можно поставить охранять драгоценную повозку, резко деградировала до роли откровенного дуболома. Будь здесь освещение получше, разница в выражении лица наверняка бросилась бы в глаза.

Офицер ничего не ответил.

– Тут эта... где встать то можно? Накормить бы нас надо.

Тот посмотрел с лёгким сомнением, но видимо большой нужды в провизии гоблины не испытывали. А вот в рабочих руках - вполне себе.

– Пока твои не приедут, будешь под нашим командованием. Если надо - камни таскать, если надо - говно убирать, понял?

Я шагнул вперёд и выпятил грудь колесом:

– Камни сколь хошь. А дерьмо - вон эту пьяную мелочь отправляй, раз он таких как мы не любит. Или он против?

Нравы гоблинов, как я понял, не сильно отличались от стереотипных орочьих в нашей массовой культуре. Скорее всего, дело было не столько в расе, сколько в их нынешнем технологическом уровне развития. После своей катастрофы они явно скатились в дикость, как минимум частично.