Я хожу на работу. Возвращаюсь домой. Ем. Кормлю куриц зерном. Ложусь спать. В нашу жизнь вернулся порядок, но на это ушло много месяцев.

Над домом еще надо поработать – так, по мелочи. Иногда мы ужинаем вместе, но чаще я ем один. Почти каждый вечер мы сидим в разных комнатах, утыкаясь в свои экраны. На следующий день все повторяется.

Но я приспособился. Приспособился к новым условиям. И физически, и психологически. Больше никаких сюрпризов. Так что я не жалуюсь. Впечатлений я уже набрался достаточно, на всю оставшуюся жизнь.

Мы больше не ругаемся. Вошли, так сказать, в состояние покоя, и меня это вполне устраивает. Тишина в доме – не так уж и плохо. Всегда предпочту тишину ссорам и крикам. К тому же на перепалки у нас больше нет сил. У Греты был тяжелый период. Ну и что? Все мы переживаем трудные времена. Никто не совершенен. Не существует идеальных отношений.

Я прихожу в себя, открываю глаза. Еще утро, очень раннее. В открытое окно проникают первые лучи дневного света. Обожаю это время суток. Наверное, раннее утро я люблю больше всего.

Потягиваюсь, закидываю руки за голову, вытягиваю ноги так, что они вылезают за край кровати.

– Доброе утро, – говорит Грета.

Я оборачиваюсь.

Она сидит в кресле у стены. Она одета, но голова обернута красным полотенцем, будто она только из душа. Не помню, когда в последний раз слышал от нее «доброе утро».

– Давно ты там сидишь? – спрашиваю я.

– Нет, совсем недолго.

Она выглядит хорошо отдохнувшей, расслабленной. Собранной и спокойной.

– Здорово, что сегодня у меня выходной, – говорю я. – Могу еще немного поваляться.

– Поваляйся, почему бы и нет? У меня для тебя кое-что есть. Оставила на кухонном столе.

– Для меня? Может, просто отдашь, когда я проснусь?

– Нет. Я пойду прогуляюсь.

Она встает и потирает обеими руками голову, потом снимает влажное полотенце и вешает его на спинку стула.

– Пока.

– Ага, увидимся позже, – отвечаю я, накрывая лицо подушкой.

Так долго я еще никогда не спал. Думал, что после ухода Греты не смогу заснуть, но все-таки получилось. Мне приснился эротический сон. Я трахался с Гретой прямо на полу спальни. Мы были без ума друг от друга. Когда я просыпаюсь, я жалею, что ее нет рядом, потому что мне очень хочется воплотить этот сон в реальность.

Я вспоминаю наш короткий, но приятный утренний разговор и успокаиваюсь. Буду считать его первым признаком того, что она приходит в себя, что она понимает: ей здесь хорошо. На сегодня у меня нет никаких планов, не нужно выходить из дома. Могу просто слоняться без дела. Провести день для себя.

Прежде чем уйти, Грета заварила кофе. Очень мило с ее стороны. Я наливаю себе чашку кофе и опираюсь на столешницу. Только собираюсь сделать первый глоток, как тут же останавливаюсь. Я совсем забыл, что она мне сказала. Она ведь что-то для меня оставила. Точно. Так и есть: на столешнице рядом с кофеваркой лежит конверт с надписью «Джуниор».

Я ставлю чашку и беру письмо. Хватаю нож из сушилки, чтобы разрезать конверт. Внутри записка. Сложенная бумажка. Я достаю ее, разворачиваю и кручу в руках.

Странно. В записке ничего. Совсем ничего. Ни с одной, ни с другой стороны. Она пустая.

Весь день я провожу на улице. В основном в сарае: заменяю черепицу на крыше, меняю опилки в куриных гнездах.

Когда я возвращаюсь в дом, Грета уже там. Она сидит в гостиной, спиной к двери. Смотрит в окно. Ее не было весь день. Часов восемь, может, больше. Я не заметил, как она вернулась, да и она никак не объявила о своем возвращении.

– Ты мне утром записку оставила. Пустую.

Прежде чем я успеваю добавить что-то еще, Грета начинает говорить, не оборачиваясь.

Смотри. У нас гости.

Я смотрю за нее, в окно, на подъездную дорожку: ее освещают зеленые фары автомобиля.

Ты кого-то ждешь? Спрашивает она.

– Нет, – отвечаю я.

Мы смотрим, как черная машина подъезжает к дому. Паркуется у крыльца. Двигатель глохнет, и в ту же секунду открывается дверь. Из машины выходит Терренс. Он идет к крыльцу. Я направляюсь к входной двери и открываю ее как раз в тот момент, когда он собирается постучать.

– Джуниор, – говорит он. – Рад тебя видеть. Здравствуй, Грета.

Я оглядываюсь через плечо. Грета стоит у меня за спиной. Она сцепила руки в замок и тепло улыбается Терренсу.

Привет, говорит она. Рада снова тебя видеть.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я.

– Давненько не виделись, Джуниор. Решил заскочить, проведать, как у вас дела. Как у вас жизнь. Вы стали частью семьи OuterMore, а семья – это навсегда.

Зайдешь? Спрашивает Грета.

– Нет, все нормально. Вижу, у вас все хорошо, никаких проблем.