В воздухе одновременно мелькнули отравленные дротики, выпущенные братьями Мантан из духовых трубок, и стрела Сагеная. Они попали в цель: ядовитые шипы торчали из окровавленной морды чудовища, стрела глубоко вошла в покрытое редкой шерстью брюхо.

Раздался ужасный вопль; сознание мутилось от этого крика. Сжимая палицу, исполин неуклюже шагнул к разведчикам, расплескивая воду и жидкую грязь огромными плоскими ступнями. Он шел прямо на пера Эдарда Малуйна, вероятно, потому, что тот был самым рослым и стоял посередине цепочки нападавших.

Дети Ветра ринулись вперед, обходя чудовище по двое с каждой стороны; вода и вязкая почва чуть замедляли их движения. Иеро увидел, как М'рин молниеносно отпрянула, избежав удара чудовищной палицы. В следующий миг все четверо полосовали ляжки гиганта длинными ножами; словно шершни, они били острыми жалами, успевая отскочить, когда монстр поворачивался к ним.

Сагенай и Мантаны выстрелили снова; стрела глубоко засела в боку вербэра, дротики вонзились рядом с устрашающими челюстями. Иеро придвинулся ближе, его тяжелое копье свистнуло, и заляпанный грязью живот монстра окрасился кровью. Видимо, широкий отточенный наконечник проник глубоко; исполин снова взревел, его ужасающий рык сотряс воздух, подобно взрыву. Выкатив багровые глаза, полные боли и неутолимой ярости, хищник навис над Иеро. Чтобы спастись от когтистой лапы, метс покатился в грязь, в болотные травы. Позади тенькнула тетива, и стрела пронзила зеницу страшного ока. "Боже, — мелькнуло в голове у священника, — этот Сагенай великий стрелок! Но когда же проклятая тварь сдохнет?"

Монстр возвышался над ним, уронив бесполезную палицу и прижав огромную ладонь к искаженной мукой морде. Затем он рухнул ничком и окатил нападавших грязной водой с примесью крови. Он умер. Огромная туша, темным бугром торчавшая над бурой осокой, закаменела — ни дрожи, ни судорог, ни хрипа. Девять разведчиков придвинулись, не выпуская из рук оружия; они смотрели и ждали. Наконец Иеро облегченно вздохнул и повернулся к товарищам.

— Ты замечательный стрелок, пер Сагенай, — сказал он юноше, — и вы тоже, охотники. — Иеро кивнул братьям Мантан. — Думаю, это ваш яд прикончил его. Удивительное дело! Еще удивительней того, что вербэр оказался не сказкой. — Си послал мысленное сообщение Детям Ветра и ощутил гордость в кратком ответе Б'ургха. Да, о подвигах четырех иир'ова будут долго петь у костров Прайда!

— Мне так и не удалось подобраться к нему поближе, — разочарованно заявил Малуйн, опуская секиру.

— Он рвался прямо к тебе, дурачок, когда наши друзья его остановили,

— с улыбкой заметил Иеро. — Еще немного, и ты был бы проглочен вместе с топором. А теперь помолчите! Я попробую пошарить вокруг.

Он начал мысленный поиск, и ждать пришлось недолго! По тому, как внезапно окаменело его лицо, как напряглось тело, остальные поняли, что новости будут тревожными. Разведчики снова подняли оружие.

А в мозгу священника ударами погребального колокола звучал голос, который он не слышал уже много месяцев:

— Берегись, Иеро! К вам идет еще один… с севера… и быстро! Возмездие близко, и мы придем вместе с ним!

В тот же миг метс поймал волну черной злобы и жажды убийства — те же чувства, что исходили полчаса назад от чудища, лежавшего сейчас мертвым. Значит, их двое! Проклиная спускавшиеся сумерки, Иеро повернулся налево, и вся маленькая армия, изготовившись к бою, повторила его движение. Нападение не застало их врасплох.

Новый враг проломил желто-зеленую стену камыша и, ощерив пасть, ринулся на разведчиков. Со стороны его шаги выглядели неуклюжими, но мчался он со скоростью улепетывающего хоппера. И в каждой когтистой лапе монстр сжимал по огромному валуну. Едва появившись из зарослей, он с убийственной точностью метнул камень.

Возможно, мышцы Б'ургха от возраста стали уже не такими гибкими и подвижными; возможно, удача покинула его, заставив броситься в неверном направлении… Камень ударил вождя иир'ова в грудь; раздался хруст, и Б'ургх, словно сломанная кукла, отлетел в сторону. Пронзительный вопль М'рин, крик ярости и горя, перекрыл торжествующий рев врага.

Пропела стрела Сагеная, и наконечник из закаленной бронзы глубоко засел в предплечье чудовища. Дротики братьев Мантан с коротким шипением вырвались из духовых трубок; на таком расстоянии охотники не давали промаха. Но яд, столь смертоносный для обычной жизни, очень медленно разливался по чуждой плоти. Иеро вырвал копье из трупа поверженного врага и теперь стоял прямо на пути второго вербэра, готовый встретить его острой сталью. На миг руки метса дрогнули, словно в предчувствии страшного удара; сердито мотнув головой, он прогнал слабость. Тусклый свет заката не позволял отчетливо разглядеть демона, но на фоне гигантского расплывчатого силуэта Иеро четко видел наконечник копья. Рядом с другом, широко расставив ноги и сжимая обеими руками топорище, встал Малуйн. В следующий момент чудище темной громадой нависло над ними, и времени для раздумий не осталось.

Второй камень, который монстр сжимал в лапах, был остроконечным обломком гранита; вербэр не собирался швырять его, но использовал как палицу. Размахнувшись, Иеро метнул копье, раздался лязг от удара металла о камень, и в следующий миг чудище заслонило собою свет. Человек нырнул вбок, прикрываясь щитом; страшный удар гранитной глыбы обрушился на него, и левая рука онемела от кисти до плеча. Толчок отбросил метса к туше мертвого чудовища, прямо в жидкую болотную грязь.

Снова раздалось низкое торжествующее рычание, но когда Иеро встал на ноги и выхватил меч, рев уже перешел в вопль боли. Покачнувшись, он поднял взгляд и увиден, что произошло.