Лунный свет был достаточно силен, так что он смог, после того, как постирал одежду и сменил белье, нанести красящей палочкой на лицо признаки своего ранга. Иеро стал чувствовать себя в сто раз лучше. Ему лишь не хватало привычного медальона на шее — бесформенный слиток он выбросил. Он пошел обратно к дюнам, Клац зашагал следом.

Взобравшись на гребень, он увидел девушку и медведя, карабкающихся с другой стороны. На мгновение кровь в его жилах запульсировала, но он взял себя в руки, правда, с некоторым усилием.

«Боже, что происходит со мной?» — удивился он.

Девушка в свою очередь смотрела на него достаточно холодно, потом вежливо улыбнулась. У Иеро возникло почти непреодолимое желание проникнуть в ее мозг.

«О чем она думает, черт побери? И почему это меня заботит?» — подумал он, мысленно отгораживаясь от очевидного ответа.

— Прости, я был невежлив, — неловко произнес он. — Давай отнесем это на счет усталости. — Он и сам почувствовал, насколько неестественен его голос, и проклял себя за неуклюжесть.

— Да что ты, Пер Иеро, — легко произнесла она, — видимо я переоценила твои силы и вела себя глупо. Прости меня, пожалуйста!

Они смотрели друг на друга, лица их казались застывшими масками. Наконец, Иеро оседлал Клаца, протянул Лючаре руку и помог ей сесть перед собой. Горм бежал впереди и снова они составляли единый отряд.

Через некоторое время напряжение покинуло и Иеро, и Лючару. Они больше не разговаривали о том, что произошло недавно между ними, и здравый смысл заставлял их естественно говорить друг с другом о других вещах. Напряженные отношения были отброшены по обоюдному невысказанному согласию, похоронены, но не забыты обоими. Клац нес их вперед пожирающей пространство иноходью. Иеро объяснил, как ему видится дальнейшее развитие событий.

— Они прекрасно знают, где мы, — начал он. — Сейчас они несколько меня боятся, но это ненадолго.

— Похоже, дела обстоят так. Мы должны обогнуть Внутреннее море или даже пересечь его и оказаться на юго-восточном побережье, возле Нияны — ты там была. Нечистые предупредят всех своих людей и союзников на нашем пути, можешь быть уверена. На моих и даже на их картах по этому берегу нет ничего, кроме значков, обозначающих Мертвые города. Я тоже ищу Мертвые города, но не эти. Хотя бы потому, что они полузатоплены. На карте Нечисти, которую я снял с человека, убитого мной на севере, показано, что Великая Топь и дальше тянется на юг, а в последний раз подходит к Внутреннему морю как раз там, где помечены города. Раньше я думал пройти через болото на север, но теперь у нас нет времени и нет метателя. Мне он был нужен, чтобы отбиваться от огромных болотных тварей.

Они ехали при луне до рассвета и все время между ними и морем высились дюны, а потому продвигались вперед медленнее, чем обычно. Клац был вынужден прокладывать путь сквозь заросли кустарника и пальметто, а так же огибать кактусы, и потому не мог развить такую скорость, как на песчаном берегу. Но Иеро не отважился показываться на открытой местности, ведь С'дуна со своей злобной бандой мог налететь на них с моря. Все время Иеро просматривал мысленные волны в поисках ловушки или какого-нибудь предупредительного знака, но волны эти безмолвствовали. Очевидно, Нечистые начали догадываться о его способностях и затаились, не поддерживая мыслесвязь. А это — более всего опасно. Но ночь шла и со временем он уже вовсе не мог нащупать Мертвый остров, отчего стал чувствовать себя чуть лучше. Если уж его новоприобретенных сил не хватает, чтобы дотянуться до них, то и обратное, судя по всему, верно. А еще у него возникло ощущение, хотя он и не мог его проверить, что их новоприобретенный щит был каким-то образом связан с крепостью, с самим Мануном. Несомненно, щит этот создавало какое-то физическое устройство такого же типа, каким пользовался его стражник — адепт Нечисти, механический усилитель ментальных сил. В таком случае, продолжал развивать свою мысль Иеро, установка может быть слишком громоздкой для перевозки. Он только должен избегать крайностей и скоплений Нечисти, конечно, если сможет их обнаружить!

На рассвете они укрылись под плотным пологом какой-то пальмы. Иеро снова стал опасаться летучих шпионов, хотя и не видел летающей Нечисти с тех пор, как углубился в болото далеко на западе. Однако, он не был уверен, что в небе никого нет, и даже не отважился воспользоваться глазами птиц, чтобы враги не нашли его след. Он даже не хотел метнуть Сорок Символов из-за того, что был сильно угнетен.

Они поели и дремали весь долгий жаркий день.

Иеро обшарил все близлежащие деревья и кустарники и нашел то, что ему было нужно — низкорослое прочное дерево с блестящей древесиной, которая зазвенела под ударами мачете. Целый день он отрубал несколько тяжелых ветвей и к вечеру, к возобновлению путешествия, получил то, что хотел. Несколько раз ему приходилось точить мачете и нож, особенно под конец.

— Это для лука, объяснил он Лючаре. — Губитель, то есть опытный солдат, должен уметь сделать оружие почти из любого подручного материала. Метателя у меня больше нет, а лучший ему заменой будет, пожалуй, тяжелый лук. Позже, если удастся раздобыть, можно будет взять рога, а еще нужен какой-нибудь металл и перья для стрел. Потребуется некоторое время, но ничего лучшего я придумать не могу.

— Ты покажешь мне, как это делается?

Конечно. У меня хватит материала и на второй лук. Чем лучше мы будем вооружены, тем больше у нас будет шансов. Смотри нужно обстругать ветки. Этот конец так…

Ночью, на ходу, объяснить это было трудно, но на следующий день он нарисовал на песке, что нужно сделать, и сейчас они оба стругали свои ветки и при этом дружески болтали. Долгие периоды тишины обычно означали, что они разговаривают с Гормом, который, как правило, лежал и сонно следил за ними. Иеро объяснил, каким ему видится предстоящий маршрут и предупредил медведя, что этот район, видимо, очень опасен и усеян мертвыми городами. К его удивлению Горм отнесся к этому сообщению с некоторым презрением.