Анна его прекрасно поняла и спорить не решилась. К счастью, она уже умела летать, так что за себя особо не боялась.

— В кабинки садимся по восемь человек, — скомандовал юноша в синем жилете, меховой шапке и планшетом в руках. — Сколько детей, тааннет?

Учительница сунула ему в руки пачку талонов. Тот стал их проверять, поочередно прикладывая к экрану.

— Двадцать. У нас заказан крылатый страж.

— Одного мало, тааннет. Нужен еще один сопровождающий.

— Дети мало весят. Посадим по десять в кабинку.

— Не положено.

— Мы оба крылатые, — вмешался Эрик. — Шесть человек возьмем. Ну, малышня, кто хочет с нами?

— Не положено, — снова возразил смотритель. — Я вас не знаю, кто вы вообще такие? Мало ли, извращенцы какие-то. Не пущу. Оплачивайте еще одного стража, тааннет, или отменяйте поездку.

У Эрика вытянулось лицо.

— Вообще-то я… Она вот — тааннет Анхорм, жена хозяина всей этой базы!

— Впервые слышу. Документы есть?

Тут к юношу подошел один из охранников Эрика — и откуда только взялся? Что-то ему прошептал, показал свой жетон, приложил его к считывающему устройству смотрителя… и лицо вытянулось уже у парня.

— Я… я не узнал, простите, Высо… тааннет, простите меня.

— Ничего, — спокойно ответил Эрик. — Запускайте.

И легко вскочил в первую прозрачную кабинку. Следом за ним рванули, толкаясь, дети. Всем хотелось ехать с такими интересными дядей и тетей, а вовсе не с надоевшей учительницей. Анна со вздохом залезла следом. Она уже ездила по этой дороге с Югором и знала, что будет дальше. Смотритель пристегнул к скамейке трех мальчиков и трех девочек, проверил крепления ремней и захлопнул дверь, нажав на какую-то кнопку, отчего кабинка засветилась разноцветными огоньками, а потом плавно поехала вперед. Замерла, ожидая следующую партию пассажиров, снова поехала… и так до тех пор, пока все кабинки не были заполнены. После этого начался волшебный полет над пустотой.

Малышня, разумеется, немедленно принялась вертеться, размахивать руками и шумно обмениваться впечатлениями. Анна спокойно смотрела в сторону, на горы. Эрик слегка побледнел и выглядел оглушенным. Неужели высоты боится? Да ну, глупо. Он же птица, как можно?

Ехать было недолго, вся дорога занимала минут сорок.

И когда на полпути раздался вдруг скрежет и звон, и кабинку резко мотнуло, взрослые особо не удивились.

— Я же говорила, — скучающе сказала Анна в пространство. Ей пока не было страшно.

— Говорила, говорила, — кивнул Эрик. — Но ты ведь понимаешь, что одно дело — устроить диверсию, и совсем другое — покушаться на жизнь Императорской особы. Не нужно паниковать, Сычи во всем разберутся, не зря же они прилетели с нами.

Дети вдруг поняли, что все происходящее — отнюдь не игра. Первой заплакала маленькая девочка Мина.

— Мы умрем, да? — всхлипывала она. — Мама! Я хочу к маме!

А потом зарыдали все.

— Никто не умрет, потому что я этого не позволю, — веско заявил Эрик. — У нас все под контролем.

Но его никто не услышал, кроме Анны. Она поняла, что придется брать дело в свои руки.

— Тихо. Слезы утерли, они именно этого от вас и ждут: чтобы вы струсили и запаниковали. Ну-ка, кто из вас уже умеет оборачиваться птицей, поднимите руки.

Руки подняли трое. Это было лучше, чем ничего.

— Сколько сможешь спустить в случае чего? — спросила Анна у Эрика.

— Двоих. У меня только две руки. Но я долго держу переходную ипостась. Вернусь.

— Ну и прекрасно. Тут у нас должна развернуться воздушная сеть. Никто не должен пострадать.

Она говорила спокойно и уверенно, и дети перестали реветь, только тихо всхлипывали. Неожиданно кабинку снова тряхнуло. Вдруг стало холодно.

— Воздушной сети больше нет, — очень тихо сказал Высочайший. — Кто-то ее отключил.

— Ну так мы пока не падаем, — хладнокровно шепнула Анна. — И вряд ли упадем. Сейчас нас начнут спасать.

Время тянулось бесконечно. По расчетам Анны прошло не меньше суток. По часам Эрика — тридцать минут. Кабинка уныло раскачивалась над пропастью. Где-то в стороне станции мелькали черные силуэты, а потом вдруг раздался хлопок и повалил дым.

— Предполагаю, что спасение несколько затягивается, — выдавила из себя Анна. — Придется самим. Ну, птенчики, отстегиваемся.

Страшно все еще не было, наверное, потому, что сейчас ей было не до этого. Она приняла на себя ответственность за детей и потому не имела права паниковать.

— Здесь довольно высоко, — сказал Эрик. — Спускаться будем по одному. Мина, ты идешь ко мне на руки. Валик… ты вроде Валик? Умеешь оборачиваться? Самое время.