Шрифт:
– Молота во главу княжества! – крикнул один из предводителей восстания.
– Да-а! – закричали люди. – Да здравствует эмир Молот! Молот! Молот!
Толпа скандировала и преклонила предо мной колени.
Глава 3
Городское собрание избрало меня эмиром Гафаса. Многие горожане знали меня, как предводителя первого восстания и одного из организаторов второго, приведшего к долгожданной смене власти. Я не стал отказываться от высокой должности – пока я не убью Джунаида я не вернусь на Королевский материк. Я не смогу смотреть в глаза Тэпии и в глаза сына, не убив колдуна. Я поклялся отомстить на могиле королевы…
Достать Джунаида на Арабском материке гораздо проще, когда ты эмир Гафаса. Но колдун исчез, как только рухнула старая власть. Я отправил на поиски колдуна разведчиков во все княжества Исмара. Никто не знал как он выглядит, никто не знал, как его убить, но лучший способ уничтожить противника – это собрать о нем информацию, чтобы знать с кем имеешь дело.
Пока разведчики рыскали в поисках Джунаида, я торжественно вступил в должность эмира и сразу приступил к восстановлению Гафаса. Прежде всего нужно позаботится о сильной армии. Не известно, что еще приготовит колдун.
Сильная армия – оплот любого государства. Чаще всего вступают в войну государства со слабой армией. Чем сильнее армия, тем меньше войн.
Прежний корпус стражников Ахиба не сумел противостоять перевороту, и власть была захвачена пустынными странниками. Ахиб жил в мире с соседними княжествами и не опасался нападения. Он потерял бдительность и поплатился за это. Теперь все иначе. Эмиры соседних княжеств косо посматривают на Гафас – чужеземец во главе княжества настораживал их и одновременно заставлял задумываться о землях Гафаса. Уверен, что многих из них посещали мысли о присоединении Гафаса к своим владениям. Ослабленное войной княжество во главе которого стоит не потомственный носитель королевской крови – казалось им лакомым кусочком.
Разведчики приносили слухи со всех уголков Исмара, и я был в курсе нечестивых мыслей соседей. Дабы не искушать их я принялся за военное укрепление Гафаса.
Прежде войска Ахиба состояли в основном из городских стражников, немногочисленных матросов и воинов, охранявших караваны Гафаса. Как в любом средневековом государстве необходимость регулярной армии диктуется жизнью, но почему-то на Арабском материке этим правилом пренебрегали. Княжества, объединенные в арабское государство Исмар, не имели внешних врагов. Дикие племена кочевников не решались нападать на укрепленные города, но внутренний враг оказался опаснее, и пустынные странники чуть не погубили Гафас.
Своим указом эмира я объявил набор на военную службу. Высокое жалование, привилегии и статус привлекли немало желающих, ищущих легкой жизни. Но жизнь солдата не так уж и легка. Из нескольких тысяч претендентов я отобрал чуть более тысячи наиболее проворных и смышленых арабов, ранее не замеченных в воровстве и нарушении законов. Для них спешно построили казармы и тренировочный лагерь на окраине города. Лучших воинов я назначил командирами расчетов и одновременно инструкторами по боевой подготовке.
Жесткий график, тяжелые тренировки в течение двух недель отсеяли от армейского корпуса еще пару сотен вояк. Осталось чуть меньше тысячи воинов. Но то были наиболее крепкие и подготовленные солдаты. С каждым днем их тренировок на душе становилось спокойней – Гафас теперь в безопасности. Только Джунаид провалился сквозь землю…
Я еще валялся на пуховой кровати, когда в мои покои ворвался Герт. На восточных яствах и сладостях он поднабрал с десяток килограмм и стал похож на матерого рыжебородого воина. С изрезанного шрамами лица ушли детские черты.
– Подъем, ваше высочество! – крикнул рыжебородый. – Один из разведчиков вернулся, желает говорить с тобой… Говорит, что знает где колдун.
Я вскочил с постели и накинул халат:
– Зови!
В комнату вошел немолодой араб с проницательными глазами. Вместо одежды лохмотья, вид изможденный. Он припал на колени перед эмиром.
– Встань, друг мой, – миролюбиво проговорил я. – Садись на скамью и рассказывай.
– Спасибо господин, – разведчик еще раз поклонился и залпом опустошил бокал воды, которую ему протянул Герт. – Когда мы возвращались из княжества Шавкат, на нас напали кочевники. Мой отряд погиб, дикари оставили в живых только меня.
– Почему? – я насторожился.
Разведчик протянул вперед руку и оголил на предплечье татуировку с изображением кобры на фоне замысловатого арабского орнамента:
– Мой отец был кочевником из близкого им племени, это досталось от него. Знак кочевников спас мне жизнь… Дикари пощадили меня, приняв за своего. Ночью, я перерезал глотку часовому и сбежал. Я знал, что без коня или верблюда далеко не уйду, да и возраст уже не тот. Поэтому я укрылся в пещерах возле лагеря кочевников и ждал, когда те бросят мои поиски. Три дня я питался летучими мышами и пил пещерную воду. В одной из пещер я наткнулся на это. – Разведчик запустил руку в карман и вытащил стрелу. Я похолодел… Черная стрела с наконечником из угольного сплава и оперением из крыла ворона. Такую же стрелу вытащила из меня Даяна и приняла смерть…