— Д-да я п-почти ничего не з-знаю, — заикаясь, начал он, — я в-вообще не из этих… п-просто мимо п-проходил.

— Ага. И пистолет у тебя под курткой тоже случайно.

На этих словах моя ящерка как раз его разоружила, и пушка глухо шлёпнулась на землю.

— Это ничего не доказывает! — внезапно почти закричал он.

Даже заикаться временно перестал.

— Мне и не нужно ничего доказывать, — отрезал я. — Достаточно того, что я видел. Ну так что? Будешь говорить или сразу перейдём к ужину?

Я приказал нескольким зомби подойти ближе, и они окружили бандита, как свора голодных собак. Жуткое зрелище для неподготовленного человека. Я видел, что даже Ольге было не по себе, а ведь ей ничего не угрожало. Хотя надо отдать ей должное, привыкает.

Так что ничего удивительного, что язык у нашего нового знакомого очень быстро развязался.

— Л-ладно! Т-только убери их от меня! — в ужасе отшатнулся он от своих бывших соратников.

Я пожал плечами и приказал зомби отойти чуть подальше.

— В общем-то мы ничего такого не делали… — начал, наконец, рассказывать бандит, — так, мелкие похищения. Выбирали кого побогаче, адвокат там, архитектор, даже шлю… модель была одна. Начинающая, но ничё такая.

— Это ничего такого? — ужаснулась Ольга.

— Вот видишь, — ответил я ей, а ты его ещё пожалеть хотела.

От моих слов он снова вздрогнул.

— Может, вы меня всё-таки отпустите, а? Я всё расскажу, и вообще я всегда был против этого… меня брат заставлял!

— Сколько тебе лет? — спросил я его.

— Двадцать шесть.

— И всё ещё сваливаешь ответственность на других?

Он сглотнул:

— Но я… я правда…

— Дальше рассказывай, — прервал его я.

Что ни говори, а такие кадры не вызывали у меня ни жалости, ни уважения. Даже если он говорит правду, его вины ничуть не меньше, чем у остальных. Просто приспособленец, который плыл по течению и делал ужасные вещи, да ещё и успокаивал себя тем, что вроде как его принуждают.

А я, к тому же, был уверен, что он врал. Может быть, он и впрямь был не в восторге от того, чем занималась их банда, но никто его не заставлял. Это уж точно. Я таких, как он, вижу насквозь.

— Один раз даже магичку смогли похитить… — он покосился на Ольгу, — тоже пиявку.

В глазах Ольги на этих словах загорелся нехороший огонёк.

— Сам неодарённый, а всё туда же! Пиявка, видите ли, — фыркнула она.

— Простите, — тут же залебезил бандит. — Все так говорят, вот и я…

— Не отвлекайся, — приказал я ему. — Кто заказчик?

— Д-да, к-конечно! В общем, кто именно я не знаю. Они вели дела с м-моим братом и ничего толком о себе не говорили. Да он и не спрашивал! Н-нам было главное, что платили…

— В твоих интересах вспомнить всё, что ты видел или знал, — предупредил я его, снова подозвав поближе парочку зомби.

Бандит намёк понял и затараторил:

— У них были требования! Объекты принимали только в идеальном состоянии. Без следов жестокого обращения, полностью здоровых…

— Объекты, — снова фыркнула Ольга.

Похоже, жалости к этому типу у моей внучки оставалось всё меньше.

— П-простите, ж-жертвы, — снова начал сильно заикаться бандит.

— Это всё, что ты помнишь? — спросил я у него.

— Д-да.

Ольга задумалась.

— Возможно, это торговля органами… иначе зачем ещё идеальное здоровье и состояние? Да и слухи ходят разные в лекарских кругах. Есть богатые простолюдины, которые продлевают себе жизнь пересадками органов. А через официальные клиники найти нужного донора не всегда получается, и ждать нужно очень долго. Вот и…

— Да! Точно! — воскликнул бандит. — Я помню, что видел какое-то медицинское оборудование, когда мы сдавали последнюю жертву.

Ольга серьёзно кивнула:

— Да. Тогда всё сходится. И я даже понимаю, зачем им именно я. Во-первых, лекари, в отличие от многих других одарённых, не могут оказать особенного сопротивления, — пояснила она. — Во-вторых, наши тела в идеальном состоянии, у нас иммунитет практически ко всему. Я даже не болела ничем ни разу в жизни.

Закончив с этой небольшой речью, она осеклась, словно только сейчас сообразила, что сказала. После чего закрыла лицо ладонью и протянула:

— Боже мой… я ведь почти стала жертвой!