Шрифт:
— Только перед этим я немного тебя подлечу, — добавил я.
Не солидно как-то возвращать домой девушку в таком состоянии. Лекарь я или нет, в конце концов?
Да, кажется, я всё сильнее вхожу в роль.
Я поймал мыслеобраз от ящерки. На всякий случай я отправил её вместе с зомби. Увы, в прицепе химеромобиля места хватало только для жнецов, так что остальные трупы уже привычно плелись домой своим ходом.
Некоторые несли при себе отрезанные конечности, а вредная тётка держала под мышкой свою голову.
Не выбрасывать же полезные ресурсы.
Интересно, поместятся ли они все у меня в лаборатории? Кажется, там намечается перенаселение.
— Экстренный выпуск!
Затянутая в строгий костюм ведущая новостей едва не захлёбывалась от восторга.
— Полиция в ходе внезапного рейда ликвидировала подпольную клинику по пересадке органов!
На экране мелькали стражники, много стражников бродили туда сюда создавая видимость кипучей деятельности. Они спорили, тыкали пальцами в сломанную мебель и стены и что-то записывали в свои блокноты.
— Жертвы похищения уже дают показания! — продолжала выкрикивать журналистка.
Из клиники выводили людей, их укутывали в тёплые пледы, усаживали в медицинские фургоны и увозили.
— Есть доказательства причастности к незаконным операциям высших чиновников городской власти! По словам начальника полиции уже открыты десятки уголовных дел.
Размытые кадры с операции, лиц не видно, словно их замазали специально.
Усталый мужчина с роскошными усами обещал, что все факты будут дотошно расследованы, а виновные понесут наказание. Судя по подписи снизу, это был начальник полиции.
Он сообщил, что весь персонал скрылся в неизвестном направлении и теперь объявлен в розыск.
На этих словах я хмыкнул. Ищите ветра в поле!
— Мы уже в новостях! Жесть! Вовремя мы оттуда смотались!
Ольга развернула в мою сторону смартфон и вообще очень эмоционально жестикулировала:
А дальше диктор объявил о каком-то срочном и эксклюзивном включении.
И на экране появилась Катарина Вийон собственной персоной.
Состроив свою самую невинную мордашку, она выглядела одновременно очень растерянной и возмущённой.
— Это всё какая-то ошибка! — горячо убеждала она журналистов, — клан Вийон просто хотят подставить. Или же нас самих обманули… мы никогда не занимались ничем противозаконным! Да и зачем? У нас миллиардный бизнес, репутация… Вийоны всегда служат обществу! Но мы во всём разберёмся, поверьте. Виновные будут наказаны.
Она сверкнула глазами и отключилась.
Вот, оказывается, кому мы наступили на хвост.
Я покатился со смеху. Вот же актриса! Так талантливо сыграть оскорблённую невинность надо уметь. Заодно стало понятно, кому на самом деле принадлежит эта клиника.
Но одно я знал точно. Её последняя фраза была не игрой.
Недостаток магических способностей Катарина заменяла упорством и мстительностью. Так что до меня она обязательно доберётся. Вопрос только в том, когда.
Хоть что-то в мире осталось неизменным. Я даже немного соскучился по этой истеричке. По крайней мере, один настоящий враг забрезжил на горизонте.
Глава 20
На срочном совете клана, за большим овальным столом в каминном зале родового поместья, Катарина Вийон рвала и метала.
Теперь, когда больше не нужно было притворяться милой и пушистой, она не сдерживалась ни в эмоциях, ни в выражениях.
— Объясни мне, Луи, с каких пор ты стал таким тупоголовым неудачником?
Она обращалась к парню, которому на вид едва ли можно было дать восемнадцать лет, притом, что на самом деле его возраст перешагнул далеко за двести.
У него были большими голубые глаза, светлые кудри и лицо чистое и свежее как у младенца. Среди представителей семьи Вийон традиционно много красавиц и красавцев, но этот даже на их фоне выделялся поистине ангельской внешностью.
Но укрыться от гнева главы рода ему это всё равно не помогало.
— Я… — начал было он, но его тут же вновь прервала Катарина.
— Ты до сих пор не нашёл двух пропавших кураторов, которые исчезли вместе с одной из групп поставщиков, — нависла она над парнем, — но в твою пустую кучерявую башку не пришло не просто поставить план на паузу, но просто усилить меры безопасности.
— Но… — он снова попытался взять слово, но в этот раз его заткнули ещё грубее.
Теперь заклинанием.