Несколько раз, откуда-то издалека до него доносились одиночные звуки выстрелов, но он даже примерно не мог понять с какого направления и как далеко. Определенно, люди здесь еще были.

Нет, не те, что бросались на него словно дикие, обезумевшие твари, стараясь проткнуть куском ржавой арматуры или забить до смерти камнем. Пару таких он расстрелял при непосредственном контакте, еще одному перерезал горло. Кто эти дикари он не знал, да и выяснять это как-то не хотелось.

– Прости мужик!
– пробормотал Юрген, глядя на погибшего напарника.
– Я не смогу тебя похоронить. Но будь у меня возможность, я бы это сделал.

Он снова встал на ноги. Кажется, ему стало немного легче.

Подобрав последние листы разбросанных документов, на которых были отчетливо различимы свежие кровавые пятна, он засунул все обратно в плотную папку. Папка вернулась в рюкзак, а сам Штрасс быстро осмотревшись, двинулся в самый широкий туннель, откуда ранее доносились звуки стрельбы...

***

– Кажется, она уползла!
– прошептала Катя, обращаясь к лежащему у двери Костолому.

За последние полчаса гигант что-то подозрительно притих.

Тот фонарь, что был у девушки при неудачном падении выпал из руки. Нащупав его, девушка щелкнула по кнопке, но ничего не произошло. Похоже, он вышел из строя.

Другой фонарь закрепленный на лямке рюкзака, все еще бестолково болтался, освещая только ногу бывшего наёмника, камни и грязный пол.

– Костолом?
– негромко позвала Катя, неловко перебравшись к нему поближе. Разбросанный повсюду мусор, обломки деревянных ящиков, засохшее дерьмо и какие-то кости говорили о том, что ранее это помещение использовали именно по тому назначению, на что оно сейчас больше всего походило.

Но великан не отозвался. Он полулежал в раскоряченной позе, уперев ноги в пол и прижав спиной дверь. Голова безвольно свесилась на грудь, а окровавленные руки лежали так, словно это были сломанные ветки дерева. Кате на мгновение даже показалось, что ее спаситель перестал дышать. Да и не мудрено.

Даже в таком слабом свете, она насчитала не менее десятка кровоточащих ран, половина которых требовала должной медицинской помощи. Почти у виска длинная рваная царапина, ниже еще одна - щека почти разлохмачена метко брошенным камнем. Правое плечо, вместе с порванным комбинезоном превратились в мешанину красно-бурых фрагментов. Колотая рана бедра, сразу в двух местах. Были и другие раны, но их Катя уже не осматривала.

– О черт, Костолом!
– пробормотала она, совершенно забыв про собственные проблемы.
– Очнись, ну пожалуйста!

Она хлопнула его по здоровой щеке, но тот не отреагировал.

Сорвав с лямки уцелевший фонарь, она сунула его между камней так, чтобы он светил вертикально вверх. Благо потолок был низкий, а потому освещения хватало. Девушка машинально по привычке потянулась к своему рюкзаку, но тут же вспомнила, что все ее вещи были конфискованы нелюдами, еще после крушения дрезины.

С трудом высвободив рюкзак Костолома, Катя с удивлением обнаружила, что он был ей знаком. Более того, он один в один походил на те, с которыми их группа спускалась в ракетный комплекс. Но обсуждение этого было сейчас далеко не главным - ее спасителю требовалась любая медицинская помощь.

В рюкзаке нашлась сильно исхудавшая аптечка - большая часть перевязочных материалов уже была ранее использована.

Оценив скудное содержимое, Катя тихо выругалась, но все-таки отложила в сторону то, что еще могло пригодится.

Бутылка воды, ножницы, жгут. Средний ИПП, наполовину использованный нестерильный бинт. Пара бактерицидных салфеток, дезинфицирующее средство. Специальная игла с медицинской нитью. И нашатырь.

Наиболее вероятным действием было бы сунуть под нос бесчувственному великану нашатырь, но тогда если бы это и привело его в чувство - последствия были крайне малоприятными. Он мог закричать, получить болевой шок. А из-за лишних телодвижений кровотечение могло усилиться.

Вместо этого девушка оперативно срезала с плеча разорванный комбез, быстро смыла грязь и налившую кровь. Обработала дезинфицирующим средством, а затем наложила ИПП и перетянула бинтом. Рана была обширной, но не глубокой.

Колотые раны на бедре пришлось зашивать, а параллельно и жгут накладывать. Впрочем, скорее всего повреждение крупных сосудов было поверхностным.

Так, одну за другой, кое-как и очень экономно расходуя перевязочные материалы, девушка подлатала почти все раны, кроме самых незначительных. Найденные внутри аптечки обезболивающие таблетки вряд ли смогли бы помочь, но все же это лучше, чем ничего... Их девушка отложила в сторону, намереваясь дать их тогда, когда Костолом очнется.

Во время медицинских процедур, Костолом лишь однажды громко простонал, но так и не очнулся. Девушка кое-как оттеснила его от двери и уложила на небольшой участок, где было относительно чисто. Подложив под голову рюкзак, она решила осмотреть свои раны.