Спустившись по короткой металлической лесенке, Раф быстро осмотрелся, затем сразу же свернул налево и слегка ускорившись, двинулся дальше.

– Где мы сейчас? – спросил я у Вергилия.

– Здесь в трех километрах есть старое заброшенное депо – если рванем направо, попадем прямо в него. Там остатки древних электровозов, вагонов и платформ. Депо было признано аварийным и закрыто еще в конце девяностых. Я у обходчиков интересовался, они говорили, что где-то в этом районе целый фрагмент туннеля рухнул, в результате какого-то подземного толчка.

– Серьезно? – я посмотрел на него с удивлением.

– Угу.

– Кажется, я знаю, что могло послужить причиной того толчка... – тихо произнес я.

– И что же?

– В «Гамме-3» запускали экспериментальный ядерный реактор. Что-то пошло не так он и рванул. Судя по всему, наш комплекс генетических лабораторий где-то в этом районе. А толчок был сильный?

Конечно, это была всего лишь моя догадка – причин могло быть много. Вдруг, метростроевцы случайно наткнулись на скопление газа или намеренно взрывали плотную породу... Да и в том, что где-то рядом расположен засекреченный военный комплекс, я тоже не был уверен.

– Да не... Не особо. Вроде сейсмологи вообще на него внимания не обратили. Но обходчики говорили, что все работы в этой части метро почему-то постепенно свернули. Всего за три года эту ветку забросили, как бесперспективную, с высокой степенью обрушения.

– Типа земляная порода рыхлая, да? – поинтересовался Миша.

Он уже оправился и практически перестал нервничать.

– Может быть, – произнес Верг, а затем окликнул ушедшего вперед второго диггера. – Эй, Раф!

– Чего?

– Темп убавь. Не успеваем.

– Забыл, что за нами идут?

– Не забыл. – Вергилий подошел к нему почти вплотную.
– Но между нами часа полтора отрыва. И то, это если они знают, куда идти.

– Я хочу поскорее добраться до провала, – негромко пояснил Раф.

– Думаешь, он нам чем-то поможет?

Раф не ответил, но темп все-таки сбавил.

Следующие минут двадцать мы шли практически молча. Адреналин уже отпустил, и каждый ощутил накопившуюся за время перехода усталость. Да и не удивительно, вес каждого с экипировкой, рюкзаками и оружием составлял порядка тридцати с лишним килограммов. А если учесть, что и идти приходилось в ускоренном темпе по пересеченной подземной местности – то и дело встречались какие-нибудь препятствия, то и подавно...

– Блин! Задолбало все! – выдохнул Михаил, неожиданно остановившись и со злостью сбросив тяжелый рюкзак на лежащий у стены ржавый корпус какого-то агрегата. – Сил нет. Долго еще?

– Около часа, – произнес Вергилий, также снимая рюкзак. Он как опытный диггер пользовался любой встречающейся возможностью, чтобы восстановить силы. – Ладно, перекур пять минут.

– Охренеть! Как же эти туннели похожи друг на друга. Я уже давно со счета сбился, сколько раз мы свернули налево, а сколько направо. И как вы диггеры вообще тут ориентируетесь?

– Мы этот маршрут месяца четыре обходили по нескольку раз. А до этого все близлежащие туннели больше полугода осматривали.

– И охота вам по грязи бродить? – недовольно фыркнул Швед. – Чего тут интересного?

– Ну да, согласен. В большинстве случаев, ничего интересного нам толком не попадается. Но, тем не менее, каждый диггер живет надеждой, что именно ему попадется нечто любопытное.

– Ищете свое «Метро-2»? А оно есть вообще?

– Есть! – подал голос недовольный Раф.

Швед рассмеялся. Заводить разговор, который мог растянуться на несколько часов, он явно не собирался.

– Чего веселишься? – хмыкнул Вергилий. – Сколько архивов уже рассекретили! Несколько секретных объектов уже отыскали, привели в порядок и отремонтировали. Кто, по-твоему, находит эти бункеры?

– Диггеры?

– Ага! Именно.

– А что за провал? – поинтересовался я у Рафа.

Тот посмотрел на меня с нескрываемым удивлением.

– Я что-то не то спросил?

– Да нет, – он быстро переглянулся с Вергилием.

– Тайна, что ли какая-то?

– Да нет, вовсе не тайна. Откуда про него знаешь?

– Вы хотя бы изредка связь отрубайте, когда о своем толкуете, – пояснил я, глядя на Вергилия.

Тот усмехнулся.

– А, ну да! Совсем забыл, что у нас электронные игрушки есть.

– Нет никакого секрета, – задумчиво повторил Раф, затем продолжил. – Место такое, мы его «проломом» назвали. Там часть железнодорожного полотна просело вниз на несколько метров. Некоторые тюбинги из гнезд сорвались, стены растрескались. В общем, место дерьмовое.