— Фот как… — протянула она заинтересовано. — Йа была прафа — ты интиреснай парниша. Ну, дафай, расскасыфай. Шта у тибя на уме?

— Три вопроса. У каждого. Задаем по очереди. Отвечать честно. После этого решаем, будем ли помогать друг другу. Только так.

Я старался говорить спокойно и уверенно, хоть внутри этой уверенности и не ощущал. Кому как ни мне знать, что сделки с демонами еще никого до добра не доводили.

— Эй! Ты чего такое несешь, юнит? — встревожилась Сара. — Что это еще за «помогать»? Ты что там удумал?

Да-да, знаю. Но я знал и еще кое-что. С этими ребятами вполне можно было вести дела, но только в том случае, если у тебя было что-то, очень им нужное. И нет, пресловутая «душа» хоть и ценилась извергами, но в качестве предмета торга подходила слабо. Очень уж несоразмерная цена.

— Снащит стелка… А пачиму бы и да, — хмыкнула Ярга. — Но йа начьну перфай. Мой фапрос: где сийчас Дшессика Хайт?

Я почти выматерился. И нет, вовсе не потому, что вдруг понял что-то очень важное. А строго наоборот.

Что еще, мать ее за ногу, за Джессика? Почему кому-то важно, где она? И с чего бы об этом спрашивать меня?!

Про себя я застонал. Вздохнул и медленно выдохнул.

— Я понятия не имею, кто это. И тем более, где она может находиться.

— Фот как?.. Шаль, шаль. Ну, ничиго ни пателаешь, — беззаботно пожала плечами Ярга. — Тагта тфая очиреть. Садафай.

— Ты собираешься убить или причинить вред мне, либо членам моей семьи, моим близким или знакомым?

— О? Какой интиресный фапрос. Но нипрафельный, хе-хе. Латна, я на ниго атфечу: нет, ни сабираюсь. Я прафта хачу пагафарить. Чесна. Штош, мой чирет… Хм, шта бы такое спрасить… Как ты уснал, что я деман?

Рассказать? Или не рассказывать. Нарушать свои же правила? Не думаю, что это хорошая идея. Лучше раскрыть часть правды, посмотрим, к чему это приведет.

— У меня есть способ определять присутствие таких как ты. Рядом. Именно так я узнал, что в соседнем купе что-то происходит. Шум — это чушь. Ничего там слышно не было.

— Фот ано чьто… Та, интиресна, — она довольно потерла ладоши.

— Мой вопрос, Ярга: чего ты на самом деле от меня хочешь? Зачем пришла ко мне?

— Хо, эта дфа фопроса! — она с показной строгостью покачала пальцем. — Ни шульничай. Я атфечу только на адин — перфай. Мне нушна, штобы ты кое-шта открыл для миня. Мошеш щитать, что эта дферь, особайа. И я палагаю, чьто ты спрафишьсьа.

Почему я не удивлен? Я почувствовал, что внутри все как-то тоскливо сжалось. Разве мало мне было сущностей и без этой таинственной двери? Теперь еще и тут голову ломать… Может, идея с вопросами была так себе? Так ли я сильно хочу обо всем этом знать?..

— Паслетний мой фапрос. Я фидила как ты падашел к телу демона и притронулсьа. Патом ано сасияло. Чьто эта была?

А «чьто» это на самом деле было-то? Ну, я знал только то, что мне Сара рассказала.

— Тоже моя способность, — ответил я. — Мне довольно сильно досталось, так что нужно было вылечиться. Вот я его и… поглотил.

— Ха! Йа так и снала! — обрадовалась чему-то Ярга, даже в ладоши хлопнула. — Сначит, эта так и есть. Ошен, ошен харашо. Проста прикрасна!

Что у нее такую радость вызвало? Гадство, я что-то не то сказал? Или наоборот? Кто бы знал…

— Теперь я. С какого ты мира?

— Чьто са странный фапрос? А чьем ты?

— Не прикидывайся. Из какого плана ты прибыла в этот мир? Внешние Разломы? Ад? Абаддон?

— Хм?.. Йа ни панимаю, чьто ты хочишь услышать. Ты чьто, феришь ф эти скасачки пра то, што мы, деманы, ис каких-та там мироф? Пфе, глупасти. Такога ни быфаит. Мы ни какии-та там. Мы имеим ни меньше праф быть тут, чем фы. Эта наш мир тоше.

— Ты врешь! — что за бред? Думает, я в это поверю? — Мы же договорились! Нарушаешь условия?

— Хо? Йа харашо к тибе атнашусь, челофек, но ни настолька, чтобы пасфалять проста так апфинять миня, — угрожающе осклабилась Ярга. — Я скасала прафту. Ферь там или ни ферь. Но ни смей просто так миня апфинять!

Эм? Она и в самом деле верит в свои слова? Или морочит голову? Не, точно врет! Как иначе? Откуда еще тут могли взяться демоны?

— Ясно. Тогда на этом все. Как и договаривались, расходимся, — я напрягся. Приготовился защищаться.

Если она вздумала меня убить, то сделает это прямо… кхм, а зачем тогда было обманывать? Почему было не признаться, мол, да, я оттуда-то. Зачем городить огород? Просто из любви к искусству?

— Уше ни терпитсьа ат миня отделатьсьа? Эта абитна, снаишь ли… — она сокрушенно покачала головой и улыбнулась своей опасно-острой улыбкой. — Ладно, ладно. Я уйду. Мне тоше надо эта абдумать. Как и то, што я магу придлашить тибе за помощь. Хе, я удифлена, што ты аб этам ни спрасил. Ну, как снаиш. Быфай и пастарайсьа ни умиреть до нашей следушей встречи.