Надо бы проведать сына в больнице и серьёзно с ним поговорить.

Разговор с лечащим врачом сына дал надежду на хорошее лечение. Остаётся только уговорить его лететь в Германию.

Захожу в палату. Ник сидит в инвалидном кресле и смотрит в окно.

— Здравствуй, Николай. Как твои дела.

— А не видно? Оставьте все меня в покое.

— Не могу. Надо серьёзно поговорить о твоём будущем.

— Нахрена.

— Сейчас как дам тебе подзатыльник.

— Ты кто такой, чтобы указывать???

— Отец.

— Чего? Обкурился что ли.

Николай, разворачивается в кресле ко мне, и смотрит со злобой в глазах.

— Николай, ты правильно всё услышал.

— Херня это.

— Твоя мама…

— Не смей о ней говорить. Пошёл отсюда. — сын крепко сжимает подлокотники коляски, лицо покраснело.

— Дай мне договорить до конца. — приходится говорить на повышенных тонах.

— Ну давай, папаша, послушаю тебя.

Сын хочет отвернуться от меня, но я не даю ему этого сделать. Приседаю на корточки у его ног и смотрю прямо в глаза.

— Прости меня, сын. Я не знал о твоём существовании. Виталина рассказала о тебе, когда умирала. Так получилось, что мы переспали, когда я вернулся из армии. Был жутко пьяным и на утро ничего не помнил. Я правда не подозревал, что у меня вырос такой взрослый сын. Самый старший из всех моих детей. Ты часть моей семьи. Хочу наверстать упущенное время и узнать тебя получше. Дай своему отцу шанс. Позволь помочь, особенно сейчас в такой сложной ситуации.

— Неожиданно конечно. Олег, я пока не готов назвать тебя, как это нужно.

— Ник, сейчас я лишь хочу общения с тобой. Познакомить с твоими бабушкой и дедушкой, а также с братом и сестрой.

— Мне понадобится время.

— Понял. Давить не буду.

— Никогда бы не подумал, что мы родственники. У нас ничего нету похожего во внешности.

— Ты прав. Похож конечно больше в свою мать. Волосы русые и ростом пониже меня будешь.

— Нормального я роста. Кстати Олег, можешь узнать, как там Соня.

— Я про неё всё знаю. Что же стал жалеть о содеянном. Натворил дел и девушку хорошую обидел.

— Откуда?

— Не забывай, что она работает на меня, и я в курсе вашей истории.

— Как это? Она написала заявление в полицию.

— Что страшно стало? Испугался, что посадят в тюрьму?

— Соня меня слишком сильно любит.

— Тогда, почему она до сих пор о тебе не спросила. И знать не хочет, что с тобой.

— Я понять не могу, откуда ты всё знаешь.

— Её лучшая подруга моя девушка.

— А ты не староват для молоденьких девочек?

— Моя девушка не настолько молодая. Именно она поддерживает Соню всё это время. Ты собираешься признавать ребенка, которого она носит под сердцем.

— Блин. Я не знаю, что делать со своей жизнью, а тут ещё ребенок.

— Николай, поступи, как настоящий мужчина и признай ребенка. Помогай Соне растить ребенка, заслужи её прощение. Я вот не знал тебя и вот во что ты вляпался.

— Сам разберусь.

— Ну конечно. Короче дело об аварии я замял. Твоё лечение пройдет в Германии, и ты дорогой сынок, обязан взять на себя ответственность за своего ребенка. Понятно?

— Как строго, прямо испугался!

Приподнимаю сына за грудки, и смотрю прямо в глаза.

— Я не допущу, чтобы ты просрал свою жизнь. Хочешь остаться инвалидом на всю жизнь, или чтобы родного сына воспитывал чужой дядька. Так вот, пора исправляться и браться за ум.

Спустя время Олегу предстояло поговорить с родителями.

Стоит только зайти в дом, как ему навстречу бежит дочка. Бросается в мои объятия и крепко обнимает.

— Ксюша. Так сильно скучала по мне.

— Очень очень, папочка. Бабушка спрятала конфеты, а дедушка учит меня играть в шахматы.

— Ты молодец. Загляни в пакет, там есть новые игрушки и шоколадка Милка.

— Спасибо.

— Только шоколадку спрячь от бабушки, и не съешь всё сразу.

— Ну, а можно сейчас, пожалуйста. — дочка смотрит на меня с мольбой и делает губы уточкой.

— Моя хитрюга. — целую Ксюшу в щёчку и поднимаю на руки.

Родители были в гостиной. Отец сидел в своём любимом кожаном кресле, читая книгу, а мама занималась вязанием носков.

— Мама, папа, рад вас увидеть. Ксюша беги к себе в комнату, а мне нужно поговорить с бабушкой и дедушкой.

— Папа, а потом ты будешь со мной?