Я обернулась, чтобы встретить его явно недовольный взгляд. — Я не вру. Я в порядке. — Мои слова, похоже, разозлили его еще больше. — Ты злишься на меня?

— Ты бросила нас, Шай, — сказал он. Его голос не звучал громко, но тон был резким и напряженным, как будто ему требовалось все, чтобы не сгореть. — Ты солгала, обвела нас вокруг пальца, а потом сбежала. Ты хоть представляешь, как тяжело было оставить тебя и приехать сюда? Поверить, что ты сможешь сделать то, что сказала? Мы не знали, где ты, все ли с тобой в порядке… — Чем больше он говорил, тем больше расстраивался. Он продолжал сжимать и разжимать кулаки. — Ты обещала, Шай. Беги или сражайся, пока мы вместе. Ты, блядь, обещала мне.

— Крид, — сказал Кольт, беря меня за руку. — Она должна была. Она…

Я прервала его, отдернув руку. — Ты прав, я нарушила свое обещание. — Мой голос звучал оцепенело-безразлично. — Злись на меня, Крид. Ненавидь меня, мать твою. Я причинила тебе боль. Я напугала тебя. Прости меня за это и за многое другое. — Онемение в моем голосе распространилось на все остальное во мне, пока я не перестала чувствовать холод. — Но я не сожалею о том, что мне пришлось сделать, чтобы спасти твоего брата. Времени не было, и мне пришлось очень быстро принять сложное решение, благодаря которому мы все оказались в безопасности.

— Чушь собачья! — рявкнул Крид. — Ты отослала нас, потому что так было проще. Такое дерьмо мог бы выкинуть твой дядя.

Я опустила взгляд. Он действительно в это верил? И был ли он прав?

— Крид! — огрызнулся Кольт.

Может быть, мне следовало бы поспорить, попытаться объяснить, но я просто… мне больше нечего было дать. Предстояло сделать еще так много, а моя энергия была на исходе. Все, что я могла сделать для них и для себя, — это закончить с обеспечением нашей безопасности. Когда это будет сделано, я буду бороться за то, чтобы Крид простил меня. Не говоря больше ни слова, я проскользнула между Ноксом и Киланом и направилась к дому.

— Какого черта ты творишь? — услышала я позади себя голос Кольта. — Ты действительно веришь, что она сделала бы то, что сделала, если бы у нее был другой выбор? Какого черта ты так быстро выносишь приговор, не выслушав ее версию?

— Почему у нее не было выбора? — спросил Нокс, когда я открыла дверь в хижину.

— Потому что шериф сказал ей, что убьет меня, если она не придет одна, — ответил Кольт.

Войдя внутрь, я больше ничего не слышала. Деревянный пол скрипел под моими танкетками, когда я проходила через открытое жилое пространство, состоящее из кухни слева и небольшой гостиной с большим каменным камином справа. Столовой не было. Только четыре табурета вокруг кухонного острова. Большая часть мебели имела простой, немного устаревший вид и досталась мне вместе с домом, когда Логан купил его для меня. И когда я сказала «купил его для меня», я имела в виду, что он отвечал за его покупку на деньги моей семьи. Не на деньги страховки жизни. Деньги, существование которых я не хотела признавать.

Когда Логан настаивал на покупке еще одного убежища и спрашивал, может ли он использовать для этого деньги моей семьи, я не хотела принимать в этом никакого участия. Я сказала ему, что он может тратить сколько угодно денег, мне все равно. Он просто закатил глаза, а потом нашел и купил это место. Мы провели здесь целых три дня, прежде чем я начала свою жизнь в Аризоне. Я надеялась, что мне никогда не придется сюда приезжать, поэтому не стала вносить в это место никаких личных штрихов. Однако я привезла и оставила на Аляске значительную часть своей зимней одежды.

Если не считать несколько устаревшей мебели, это была хорошая хижина. Вдоль дальней стены гостиной располагались две двери. Одна вела в спальню, другая — в ванную комнату. Дальше по дальней стене, за гостиной, был небольшой холл с двумя дверями, ведущими еще в две спальни.

Я направилась в холл и вошла в дверь, расположенную в самом конце. Это была спальня хозяина — моя комната. В ней стояла лишь двуспальная кровать с серо-коричневым клетчатым постельным бельем, тумбочка с лампой наверху, комод и сундук в изножье кровати. В дальнем углу комнаты находился еще один большой камин. В нескольких футах от него и слева — ванная комната. Я направилась туда.

Ванная была небольшой. Сразу при входе располагалась раковина. Рядом с ней — унитаз, а за ним — душ. Я открыла зеркальный шкафчик над раковиной и обнаружила там совершенно новую зубную щетку и пасту. Все, что я смогла сделать после того, как меня вырвало, — это прополоскать рот водой на заправке. Недолго думая, я принялась за чистку зубов.

Закончив, я побрызгала водой на лицо, пытаясь прийти в себя. Я бы предпочла принять душ. На коже все еще чувствовался запах хлорки. К сожалению, оставалось не так много светового дня, чтобы тратить его впустую.

Я вернулась в комнату, сняла танкетки и подошла к комоду, откуда вытащила джинсы, толстый кремовый свитер и толстые носки. Практически все, что мне могло понадобиться, уже было здесь, за исключением еды. Для парней ничего не было. Я не сомневалась, что они не положили в рюкзаки зимнюю одежду.

Я разложила на кровати вещи, которые достала из комода. Только я сняла рубашку, как в дверях появился Нокс. Его взгляд упал на мой зелено-черно-желтый лифчик Loki. Он ничего не сказал, как и я, наблюдая за тем, как я расстегиваю шорты. Его глаза следили за моими руками, когда я спускала шорты по бедрам, пока они не упали на пол вокруг моих ног.