Например, висевшего на старинном кованом сундуке вроде того, что отыскался в пустом доме священника в Ключе. Надо же, снова ключ.

Василису пихнули в плечо. Она встряхнулась. Гаврил кивнул на выход из комнаты. Лета, глядя на них, поджала губы и ухмыльнулась.

Сделав вид, что ей это в тягость, Василиса встала и потопала за Гаврилом в прихожую, чем вызвала недовольное цыканье Коли.

– Чего тебе? – тихо спросила Василиса.

– Я так понимаю, ты со мной в «Черноречье» не пойдёшь? – вполголоса спросил Гаврил.

– Правильно понимаешь, – с готовностью кивнула Василиса. Хватит с неё. Что могла, она уже для Зои сделала. Дальше сами.

– Хотя бы с автобусом поможешь?

– С каким ещё автобусом? – не поняла вопроса Василиса.

– Фаврелия сказала, ты умеешь вызывать тот самый автобус. – Гаврил выразительно поднял брови.

Ясно. Ведьма ему разболтала, как Василиса в прошлый раз сумела мысленно вызвать призрачный разбитый автобус.

– А о том, что она тогда пыталась убить нас с отцом Павлом, она тоже сказала? – спросила Василиса, скрестив на груди руки.

Гаврил повёл глазами. Прекрасно, теперь и эту ведьму ни за что винить нельзя. Какие все кругом стали белые и пушистые. Одна Василиса – злюка. Ну и ладно.

– Вот её и попроси. Или бабку. И все вместе дуйте в «Черноречье».

– Они не помогут, – покачал головой Гаврил.– Они вообще резко против этой идеи. Говорят, оттуда мало кто возвращается.

– Вот и правильно. Первая дельная мысль от этих ведьм.

– Но надо же что-то делать.

– Вот пусть они и делают. – Василисе уже трудно было говорить вполголоса, постоянно хотелось сорваться на крик. – На то и ведьмы. И потом – если ты не вернёшься, что я твоей маме скажу?

– Помнишь записку, которую я написал, когда собирался в Чарусы? – помолчав, просил Гаврил. – Она ещё у тебя?

– Ну да. – Если честно, Василиса о ней давно и думать забыла.

– Вот тогда маме её отдашь. – Гаврил снова замолчал, глядя по сторонам. Потом спросил: – А ты её читала?

– Не имею привычки читать чужие письма.

– Да ладно, – растянулся в улыбке Гаврил. Захотелось отвесить ему оплеуху. А ведь уже долго такого желания не возникало.

Василиса насупилась. Мало того что он опять хочет засунуть голову в окно ада, так ещё и Василису виноватой выставляет.

– Так что – поможешь? – снова спросил Гаврил.

– Нет, – помотала головой Василиса. – «Черноречье» – это уже слишком.

– Но мы же там уже были.

– И потом многие удивлялись, как это мы оттуда живыми выбрались, – быстро добавила Василиса, припомнив, как на собрании общины в монастыре люди аж замолчали, услышав про её приключения в заброшенном санатории.

– Я же просто просьбу напишу, и всё. Сразу назад.

– Каким образом? Думаешь, автобус тебя там ждать будет?

Гаврил задумчиво почесал за ухом. Так далеко он свой план, очевидно, не продумал.

– Ищи другой способ, – медленно произнесла Василиса. – Я и сама в это не полезу, и тебе не дам.

– Ну другие-то как-то оттуда выбираются, – вяло проговорил Гаврил.

Василиса отвернулась к окну. Сказать ему про живую воду, бьющую ключом где-то под санаторием? Бьющую ключом. Снова ключ. Живая вода. Может, это действительно, последний и самый действенный способ помочь Зое? Ведь она уже почти выкарабкалась.

– Ну пожалуйста. – Гаврил подошёл совсем близко, так что Василиса даже почувствовала щекой его дыхание. – Обещаю – это в последний раз.

– Вот в этом можно не сомневаться. – Василиса отступила на несколько шагов. Ещё чуть-чуть, и её снова развезёт, как обычно при его приближении.

– Я же не прошу тебя ехать со мной, – тихо произнёс Гаврил. – Просто вызови автобус, и всё.

– И всё, – шёпотом усмехнулась Василиса, представив, как останется одна стоять на перекрёстке, а Гаврил укатит на этом автобусе туда, откуда, скорее всего, уже не вернётся.

– Понимаешь, Зое намного лучше, уже чуть-чуть осталось. Последний рывок, и всё.

– Этот рывок и для тебя может оказаться последним, – искоса глянула на Гаврила Василиса. – Что, если она вернётся, а ты – нет?

– Судьба, значит, такая, – выдохнул Гаврил, глядя в пол.

– А мне как с этим жить? А Зое? А твоим родителям?

Гаврил, сузив глаза, смотрел в окно, где солнце потихоньку начинало клониться к закату, окрашивая деревья и кусты янтарным светом.

В дом вошла Ядвига Мстиславовна, хмуро осмотрела Гаврила и Василису и пошла в Зоину спальню. За ней пробежала Фаврелия. Коля стал им подробно расписывать, какие реакции выдавала Зоя на разные стихи и сказки, и что ей лучше читать.