Последние слова она пробормотала себе под нос и, спохватившись, что они не были предназначены для посторонних ушей, прикрикнула на горничную:

– Ну, чего стоишь, чего ждёшь – особого приглашения?

– Простите, - стушевалась девушка и попятилась, но хозяйка снова её остановила.

– Вот что ещё – потом поднимись в холл второго этажа, присмотри в окно за подъездной аллеей. Если увидишь машину Андрея Геннадьевича, немедленно пришли мне сообщение.

Она на мгновение вытянула из кармана сотовый и тут же опустила его обратно.

– Хорошо, Римма Евгеньевна, - ответила горничная и поспешно упорхнула к лестнице.

Хозяйка проводила её взглядом, вздохнула – на душе кошки скребли. Она не могла объяснить почему, но где-то внутри зрело убеждение – этот визит не к добру.

Но ведь она не обязана выходить, ещё не поздно отказаться от встречи! Сослаться на внезапно возникшее недомогание, пусть идёт отсюда… в сад, в Питер, к чёрту!

«Выставить и мучиться неизвестностью? – Римма тут же засомневалась. – Гадать, что ему здесь понадобилось? Хотя, что там придумывать, когда ответ лежит на поверхности? Из-за Аньки явился, как пить дать. Больше-то у нас ничего общего с ним нет и быть не может…»

Следующая догадка опалила жаром – а что если эта поганка не врала, и её щенок на самом деле сын Егора?! Сын что-то говорил, дескать, переделал тест в Москве, и тот оказался положительным.

«Тогда я пропустила мимо ушей, была уверена – всё это сказки. А если любовник Анны выяснил, что мальчишка ему чужой, и явился с требованием, чтобы мы забрали ребёнка? Причём, совсем не факт, что в этом случае мальчишка от Егора, эта девка способна с кем угодно спутаться. Дивин об этом узнал и решил избавиться от прицепа, скинув его на бывшего мужа мерзавки… Боже, за что мне такое?! У меня и Андрея внуки могут быть только от одной невестки – Олёнушки! Снова подкидыш Аньки создаёт кучу проблем… Не дай бог Егор узнает, опять в бочку полезет! Нет, я должна узнать, с чем Дивин пожаловал – кто предупреждён, тот вооружён. На крайний случай, мальчишку можно по-тихому забрать и отправить куда-нибудь на другой конец страны. В детдом».

Она приосанилась и решительно открыла дверь.

Гость – высокий, хорошо сложенный и довольно привлекательный мужчина лет тридцати – тридцати трёх, немедленно поднялся хозяйке навстречу.

– Римма Евгеньевна, доброго дня! Дивин Михаил Васильевич, гендиректор ЭйсРеал, Санкт-Петербург, - учтиво произнёс он и замер, ожидая её реакции.

«Или он не из-за Аньки, а с какими-то деловыми вопросами? – пронеслось в голове Гориной. – Представился официально – имя и должность. Точно, не частный визит. Но тогда почему ко мне, а не к Андрею? И где ЭйсРеал – один из крупнейших и богатейших холдингов страны, что у всех на слуху – и где Воронеж и наши предприятия? Нет, мы в Черноземье не последние люди, но масштабы с ЭйсРеалом несравнимы».

Между тем гость продолжал молчать, выжидательно глядя на женщину.

И Римма, с трудом вынырнув из калейдоскопа мысленных вопросов и версий, вспомнила о хороших манерах.

– Очень приятно, присаживайтесь, Михаил Васильевич, - жестом гостеприимной хозяйки показала на диван. – Но, наверное, вам лучше побеседовать с моим мужем? Должна признаться, я совершенно ничего не понимаю в бизнесе, боюсь, от разговора со мной будет мало проку.

– Я ехал к вам, Римма Евгеньевна, - спокойным голосом ответил гость.

– Ко мне? – изумилась она, и успокоившиеся было нехорошие предположения снова подняли голову. – Интересно, по какому вопросу…

– По личному, - уронил Дивин.

И сердце Гориной ёкнуло – ну точно из-за щенка!

Захотелось высказать в лицо всё, что она думала про бывшую невестку и её мальчишку, а потом выставить непрошенного гостя вон. Но усилием воли Римма Евгеньевна сдержалась.

Нет, пусть говорит, она придумает, как выйти из ситуации с наименьшими потерями. А то с Дивина станется, не получив искомого у неё, у матери, отправится к её сыну или мужу.

– Вот как? – безэмоционально произнесла она и медленно опустилась на второй диванчик. – Не представляю, о чём может пойти речь, но раз вы настаиваете… Я вас готова выслушать.

– Прекрасно, - кивнув, Дивин вернулся на своё место. – Римма Евгеньевна, скажите, вам знакома фамилия Сопелкин?

И у неё перехватило дыхание.

«Боже мой… Откуда?! Что он может знать?! – мысли заметались перепуганными воробьями. – Нет, это невозможно! Вася давно в прошлом, более того, он вряд ли жив, потому что я искала. Да, искала, чтобы убедиться – он никогда не появится на моём пороге! Его нет, он умер, умер!!!»

Гость молчал и внимательно наблюдал за сменой эмоций на её лице.

Пауза становилась неприличной, и Римма с трудом выдавила из себя:

– Простите, я не знаю, о ком вы говорите.

– Сопелкин Василий, - безжалостно повторил Дивин. – Сопелькин, как его звали недруги и те, кто хотел задеть.

– Я не понимаю, о ком вы говорите, - отрезала Горина, с трудом взяв себя в руки.

– Для склероза рановато, - задумчиво произнёс гость. – Возможно, частичная потеря памяти?

– Вон!