— Поняла меня? Не дури. Туда-обратно, ясно?

— Д-д-да…

Теперь я говорю точно также как Сергей, бывший подельник Ярослава. То-то он от радости чуть ли кипятком не писался, когда Ярослав его отпустил.

Но мне такого счастья не светит, так что…

Быстро киваю.

Беру деньги, список и открываю дверь.

Выгляжу я, наверное, не очень.

Уже довольно поздно, и прохожих нет. Пару раз оглядываюсь по сторонам, но, чувствуя на спине тяжёлый взгляд Ярослава, не смею больше задерживаться на улице.

Захожу в аптеку.

Касса, и правда, прямо напротив выхода.

— Чем я могу вам помочь? — спрашивает девушка, быстро оглядывая мои покрасневшие коленки.

На мне огромная куртка Яра.

Под ней разорванное платье. Волосы, наверное, как мочалка. А на щеках — засохшие дорожки слёз.

— Можно всё по списку, — даю девушке список и нервно переминаюсь с ноги на ногу. Я почти физически чувствую на своём затылке прицел глаз Ярослава. Его бешенная, порабощающая энергетика как рентгеновский луч — пробивает все преграды.

— Хорошо, — кивает она. Потом уходит в подсобку, и уже через пару минут приносит все нужные лекарства. Протягивает их мне и спрашивает: — У вас всё хорошо?

Улыбается с такой искренней доброжелательностью, что мне становится дико страшно даже подумать о том, что могло бы с ней произойти, если бы я имела неосторожность попросить вызвать полицию.

Полицейским ехать минут двадцать. А пуля долетит куда быстрее.

— Нет, — отвечаю упавшим голосом. — У меня всё в порядке.

Выдавливаю нервную улыбку и выхожу из аптеки.

Ярослав

— Ярослав… — моего плеча робко касаются холодные пальчики.

Выныриваю из липкого омута.

Отключился блядь.

Пока она в аптеку ходила, меня вырубило.

В теле непривычная слабость. Глаза закрываются. Во рту — пустыня.

Лера заглядывает мне в лицо.

Надо же. Не сбежала. Знатно я её припугнул, раз она вернулась.

Хотя могла бы свалить — я бы тогда сдох прямо тут в тачке. Чувствую, уже не далеко до этого.

— Нормально всё, — хриплю. — Заводи тачку.

Лера включает двигатель и двигается по указаниям навигатора. Петляем мы недолго.

Тормозим возле дома, и я чуть ли не вываливаюсь наружу.

— Осторожно, — шепчет Лера. Приходится опираться на её плечо, чтобы дойти до двери.

Старый панельный дом на окраине. Райончик тёмный. Мне кажется, тут живут, в основном, гастарбайтеры.

Плечами сшибаю косяки. Как же мне хреново.

Нога почти не двигается. Онемела от жёсткого жгута.

Закрываю дверь на замок, а ключ кладу в карман.

Твою же мать.

Это полный пиздец. Рабочий телефон пришлось выключить, а симку выбросить. По ней нас легко могут отследить.

Единственный вариант — это чья-то помощь. Сам я из этой жопы не выберусь. Слишком глубоко увяз. Ещё и труп Вовы в багажнике. Жесть. С ним надо разобраться в первую очередь.

Прохожу на кухню. Тут пиздец какой срач. Давно в эту хату не заглядывал. Она у меня на крайний случай. Самый крайний. Прямо как сейчас.

Достаю нож и нагреваю его на огне.

— Не смотри, — хриплю застывшей в дверях Лерка.

— Давай помогу… — шепчет она.

— Я сам, — резко отвечаю и отворачиваюсь к стене.

Снимаю жгут с онемевшего бедра.

Кровь начинает хлыстать с новой силой, но я прикладываю к порезу раскалённый нож и стискиваю зубы.

Дикий жар проникает до костей. По лбу струится пот. Боль адская, но мне не привыкать.

Отвратительно пахнет палёной плотью, и Лерка не выдерживает — несётся в ванну. Тошно её, видимо.

Но мне выбирать не приходится. Обрабатываю рану, накладываю бинт и жгут, стараясь не обращать внимания на сильное головокружение.

Наконец после укола антибиотика просто валюсь на пол. Поворачиваюсь на бок, и меня срубает.

Последнее, о чём успеваю подумать — как бы она не сбежала.

Проваливаюсь в пустоту, чувствуя дикий озноб.

Когда открываю глаза — уже темно. На мне лежит одеяло, а под головой — подушка.

Нож так и лежит на столе.

Неужели, это Лерка меня укрыла?