Несколько месяцев они получали от него переводы из Москвы, затем из Твери… А затем тишина. И пустота, огромная брешь в душевной гармонии семьи Сергеевых. Потерянный взгляд мамы, каждодневные походы в милицию, на почту. Потом настроение женщины стало чаще зависеть от походов в магазин. Она долго прятала пагубное пристрастие, очевидно, еще пыталась сохранить моральный облик советской матери… А чуть позже стало всё равно. «Не нравится — не смотрите!» Это именно то, что Валентина говорила всем, кто осуждал или пытался вытащить её из пьяного состояния.

Дарья почувствовала, что горло сжалось от удушающего комка. Слёзы покатились из глаз, рыдающий плач исказил лицо. Девушка в голос захныкала.

Входная дверь тихонько скрипнула, Денис лениво облокотился плечом о косяк проёма, когда прошёл на кухню.

Дашка, хлюпнув носом, насильно подавила плач, отвернулась и стёрла слёзы со щёк. Не хотела, чтоб Денис заметил.

— Даш, ты же ведь не лук режешь, — парень сунул руки в брюки.

— Нет. Не лук, — шмыгнула снова носом, сделала судорожный вздох.

Денис приблизился сбоку к ней и попытался заглянуть в мокрые глаза.

— Не мешай! — проворчала на него, спрятала вновь взгляд в сторону. — Собери лучше стол и отнеси в комнату к маме.

Девушка указала рукой на складной стол-пенал, который они с Оксаной поставили на кухне для поминок.

— Слушаюсь! — отдал Денис шутливо честь.

Парень принялся за дело, краем глаза ловил Дарью, как она старалась не встретиться с ним взглядом. Денис вынес стол и поставил привычный маленький, что постоянно находился на кухне. Сел на табурет, прислонился спиной о стену и вытянул ноги. Молча наблюдал за Дашкой.

Она нахмурила брови, надула слегка губы, которые припухли после слез. Поправила рукой выбившийся русый светлый локон за ухо… Растянула спокойную задумчивую улыбку. Девушка сейчас казалась Денису настолько милой, что непременно захотелось узнать влюблён ли кто-нибудь в неё… И пожать ему руку, погрозив затем пальцем.

— Дашка… — привлек ее внимание. Девушка встретилась с ним взглядом и замерла. — Кто-нибудь говорил, что у тебя очень красивые глаза?

Денису сильно нужно было разрядить обстановку и подбодрить Дарью.

Она в ответ хмыкнула, скосив улыбку вбок.

— Правда! — парень резко встал, подошёл ближе и сделал вид, что рассматривает ее глаза. — Серые… бездонные, как омут.

Дарья потупила взгляд, недоумевая над комплиментом.

— А сейчас, как чистая лужа после дождя… Блестят влагой также.

Девушка насмешливо поджала губы и выдавила тихий хохот.

— Денис, комплименты тебе даются не легче, чем иностранный язык.

Парень подхватил ее смех, и они, смотря друг другу в глаза, стали смеяться. Но в мгновение утихли.

— Дарёха, из-за чего слёзы?

— Уже и всплакнуть нельзя! — возмутилась Дарья.

— Да плачь сколько влезет! — развел парень руками. Навис всем ростом над ней, погладил по раскрасневшейся щеке. — Только не хотелось бы, что б это были горькие слезы…

Дарья осознавала, что сейчас просто бросится к нему на грудь и разрыдается снова. Нижняя губа тихонько дрогнула, глаза налились «дождливым блеском».

— Динь… а ты не дави!

— Не буду! — поднял ладони в знак поражения. — Пойду печку топить, а то опять твои зубы стучать будут полночи.

Парень развернулся и направился в сторону комнаты.

— Денис! Знаешь, я придумала тебе должность, — окликнула девушка его. — Ты хранитель моего сна, — громко засмеялась ему вслед.

Денис присел на корточки перед печкой, и также громко посмеялся в ответ уже из комнаты.

— Любую должность нужно оплачивать, Даш!

— А ты как больше любишь? В долларах или натурой? — шутила Дашка не задумываясь.

Денис замолчал, услышав фразу. Гневно посмотрел в сторону кухни.

— Типун тебе на язык!

Спустя минуту Дашка с виноватым взглядом появилась в комнате.

— Хочу, чтоб ни то, и ни другое к тебе никогда не относилось, — парень оторвался от печи и бросил строгий взор на девушку.

— Прости… — выпятила Дашка нижнюю губу.

— Уборку закончила? Ложись спать!

— Угу, — закивала Дашка.

Девушка разделась до футболки, но тонкие лосины не стала снимать. Забралась в кровать и укрылась одеялом.

— Я надоела, да? — положила ладони под щеку и смотрела на Дениса.