— Могу подарить на память, — шутливо ополчилась Дашка. — Учебный год всё равно кончается.

За стенкой послышался звон посуды. Даша и Денис тут же прислушались, но, вероятно, кто-то из пьяной компании просто был неаккуратен…

ГЛАВА 3

ГЛАВА 3

За стенкой всё стихло…

Денис ещё раз проверил печь, подошёл к мирно спящей девушке и поправил одеяло — натянул на голые ступни.

— Действительно взрослая, — прошептал в насмешке. — Одеяла на тебя не хватает.

В комнате стало значительно теплее. Но Дарья всё равно улеглась спать в одежде. Парень погладил её по плечу, надел куртку и вышел из комнаты. Заглянул на кухню, компания разошлась.

— Тёть Валь… — истощённо негодовал Денис.

Женщина опёрлась на локти и сидела за столом, опустив голову над грязной тарелкой. Очевидно впала в пьяную дрёму, ещё чуть-чуть и лицо окажется в банке с килькой в томатном соусе, из которой торчали пара хабариков.

Он приблизился и схватил за плечи женщину, пытаясь поднять.

— Давайте! Спать пойдём, — парню было грустно и жутко обидно за то, что она делала.

— Отвали! Не трогай, — буркнула Валентина, определённо, не понимала кто и зачем ее трогает.

Женщина была миниатюрной и хрупкой на внешность, невысокого роста с короткостриженой причёской. Сейчас облик Валентины уже не скрывал то, что она пьёт. Запойно. Серые морщины по щекам, мешки под глазами, потерянный женский силуэт с дряблой кожей. Денис помнил её потрясающе красивой, доброй, отзывчивой. Самой ответственной мамой на свете… Именно такой она была и ему. Как соседка и накормит, и спать уложит.

Денис жил с отцом, который работал и днем, и ночью, чтоб худо-бедно обеспечить сына и самому не пропасть.

— Тёть Валь… Давайте, я Вас спать отведу, — сделал попытку снова поднять женщину.

Но та упёрлась ногами в пол и плюхнулась обратно за стол.

— Да не хочу я спать! Вот пристал…

Она подняла тяжёлую голову на парня.

— А… это ты Дениска…

Он недовольно вздохнул и поставил руки в боки.

— Дениска-редиска, — засмеялась несвязно Валентина. — Редиска-то выросла? — отчаянный и скрипучий смех, делал женщину безумной.

— Выросла, тёть Валь, — воспринял досадно шутку Денис.

Валентина очень старательно поставила локоть на стол и подпёрла кулаком щеку, хлопая глазами на него.

— Ох!… Это что же два года прошло? М-м-м… — покачала головой. — А только вчера отвальную гуляли будто.

С полминуты просто смотрели друг на друга.

— Я на могилу к отцу хожу. Ухаживаю… — закивала женщина.

— Знаю. Спасибо, тёть Валь, — отозвался Денис.

— Пони…маешь, я… своего Павла даже похоронить не могу… Ведь жив же, собака… наверно… и живёт хорошо. А мы…

— Ты меня там же похорони… Место у твоего отца хорошее, — Валентина потянулась за сигаретами и закурила, долго чиркая спичкой по коробку.

— Бросьте, тёть Валя! Всё это бросьте и не надо будет хоронить!

— Не хочу жить, Денис… Не могу… И не хочу! Посмотри, что творится вокруг! Каждый другого на*бывает, чтоб брюхо набить.

— Всё в наших руках, — невозмутимо перечил Денис.

— Ага, — почти беззвучно засмеялась Валентина, затянулась сигаретой. — И в Оксанкиных ногах! Ее ноги кормят нас…

Денис со злостью покосился на неё.

— Вот, скажи, ты женишься… на ней после этого? Женишься? — запричитала в пьяном дурмане, давя слёзы. — Зная, что… Денис, она же ведь…

— Тёть Валь!!! — отрезал разгневанно парень.

— Господи! Это я виновата! Не хочу! Как жить, зная, что у дочери нет будущего. Не хочу жить! — закричала на всю кухню.

— Тише! Дашка же спит! — попытался угомонить он женщину.

Валентина почти моментально умолкла.

— Дашулик… мой лучик света… — посмотрела с тоской на парня. — Не бросай хотя бы её, Денис.

Парень от безысходности стал собирать тарелки со стола, кидая в раковину.

— Да, оставь ты, завтра все уберу!

— Спать пойдёте? — уже значительно твёрже попросил он.

Женщина закашлялась от курения.

— Пойду, — затушила сигарету в ту же банку с килькой. — Помоги, — двинула рукой.

Денис поднял женщину за локоть и подхватил на руки.

— Вот же… сильный! — забормотала Валентина. — Хороший ты, Денис!

Он уложил Валентину в кровать и укрыл одеялом. В её комнате творился хаос, в отличие от комнаты Даши с Оксаной. Вероятно, женщина только и кочует между застольем и постелью. А ведь когда-то она, как примерная хозяйка, шила, вязала и пироги пекла на все праздники. А какие пельмени лепила!