Гребаные уроды, мать твою.

Элиза

Я попыталась открыть глаза, но все, что у меня получилось — это слегка пошевелить веками. Горло ощущалось сухим и стянутым. Я издала тихий стон, стараясь повернуть голову, но чьи-то мягкие руки остановили меня, опустившись на мои плечи.

— Тише, девочка, — голос казался мне знакомым, но я не могла разобрать его из-за шума в своих ушах, когда чужое касание вызвало волну страха из глубины моего тела.

Я задергалась сильнее, чувствуя боль во всем своем теле. Мне казалось, что у меня болят даже волосы. Разве волосы могут болеть?

— Доктор Карсон, — громкий голос резал мой слух, пока я тонула в темной воде, не имея возможности вынырнуть на поверхность, чтобы сделать глоток воздуха.

— Отключайте, — мужчина звучал немного взволнованно.

Что-то с силой стали вытягивать из моего горла, царапая внутренности. Я закашлялась, наконец глотнув воздуха полной грудью, но тут же застонала от боли.

Я чувствовала ее каждой клеточкой своего тела.

Мне казалось, что я сгораю заживо.

— Дыши, Элиза, — снова знакомый женский голос.

Я хотела поднять руки и протереть свои глаза, которые упорно не открывались, но не могла ими пошевелить.

— Сейчас я помогу тебе.

Мягкая влажная ткань коснулась моего лица, протирая глаза, после чего я, наконец, открыла их, пытаясь сфокусироваться. В моей голове царил полный хаос, и я не могла точно вспомнить что произошло, и где я нахожусь.

— Вот так, хорошо, — на кровати сидела Мелинда, помощница доктора Карсона. Сам доктор стоял рядом и взволнованно рассматривал меня своими серыми глазами, которые слегка блестели за линзами круглых очков.

— Мы начали волноваться, — чуть грубоватым голосом произнес доктор Карсон, — ты изрядно нас напугала, девочка.

— Где я? — мой голос казался чужим, а язык — слишком большим для моего рта.

— Ты в безопасности, — лицо доктора слегка смягчилось.

Я перевела глаза на стены и больничную кровать. Очевидно, что я в госпитале.

Моя нога была подвешена на невысокую планку и практически полностью перебинтована. Я слегка пошевелила пальцами, ощущая жгучую боль.

Мой лоб ощущался стянутым, и я подняла руку, касаясь пальцами повязки на своем лбу. Пальцы слегка дрожали, и я опустила руку, наблюдая, как несколько проводов отходят от моего тела к мониторам.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Мелинда, поправляя подушку под моей головой. Близость ее рук от моего лица ничего, кроме очередного приступа паники, не вызвала. Я шумно задышала и попыталась отстраниться, но я, блять, не могла пошевелиться, не испытывая дикой боли.

— Не касайся ее, — грубовато произнес доктор Карсон, утягивая Мелинду за локоть. Она встала на ноги, переводя взгляд между нами, пока понимание не озарило ее уставшие глаза. Только я до сих пор ни черта не понимала, и это начинало слегка нервировать.

— Что произошло? — наконец выдавила я, разлепив сухие губы.

В палате повисла тишина. Доктор Карсон хмуро разглядывал мою подвешенную ногу, в то время, как Мелинда теребила пуговицу на своем халате. Она дернулась вперед и схватила стакан с тумбочки, дрожащими руками вставив розовую соломинку.

— Попей, — хрипло прошептала она, начиная часто моргать.

Я слегка приподняла голову и вцепилась зубами в соломинку, жадно втягивая прохладную воду. Мое горло смягчилось, и я почувствовало некоторое облегчение, когда слова больше не царапали мне глотку каждый раз, когда я хотела что-то произнести.

— Я принесу новую капельницу.

Мелинда торопливо вышла из палаты, оставив стакан на тумбочке. Я выжидающе уставилась на доктора Карсона. Он нахмурил свои седые брови и сцепил руки за спиной.

— Что ты помнишь, Элиза?

Я слегка поморгала, пытаясь зацепиться хоть за что-то в своей голове. Вспышки мелькали яркими образами, но мне было трудно собрать их в одну кучу.

— Я, — мне пришлось слегка прочистить горло, — была на задании за стеной. Мы обрушили туннели, потом вернулись в город и …

Я нахмурила брови, вспоминая бойню, которая развернулась у меня под ногами. Моя голова стала нещадно пульсировать, от того, насколько сильно я пыталась сосредоточиться.

— Твари напали на наш город, и была большая битва.