– Но ведь дубовый листок… – начал было я.

– Кашиноха вложил в него всю свою силу, чтобы отомстить за свой погибший дух.

– Я мало что знаю про мир духов, – перебил я самурая. – Но если у человека есть силы мстить, то его дух не умер!

В глазах самурая промелькнула надежда. Но я не дал ему времени на осмысление. Останавливая вопросы, готовые обрушиться на меня лавиной, я сказал:

– Я не знаю, где его дух. Но точно знаю, что он есть и жив, можешь даже не сомневаться! Но меня сейчас больше интересует, не это! Меня интересует, где мои родные? И что я могу сделать, чтобы спасти их? Или ты считаешь, что история Кашинохи и исчезновение моих близких связаны между собой?

Когда я задавал последний вопрос, мой голос дрогнул.

Самурай кивнул в ответ.

– Но как? – спросил я. – Кашиноха же из другого клана!

– Из другого… – подтвердил самурай и повторил: – Из другого, да. Но дело не в клане. Дело в предсказании божественного мудреца Таикен Са.

– В том, что кто-то превратит дубовый лист в меч?

– Не кто-то. А тот, кто нарушит равновесие между мирами.

– Ну я превращал дубовый лист в меч, и что? – разозлился я. – У меня вообще способность превращать в меч всё, что я возьму в руки. Ты же сам дал мне эту способность!

– Да, – согласился самурай. – Но дело в том, что я дал тебе меч. Точнее, ты сам взял… Способность, которой я одарил тебя, это способность призывать меч. Не превращать всё что угодно в оружие, а призывать. Понимаешь? И ещё… Я не собирался становиться твоим духом. Это произошло случайно.

– Что?.. – хорошо, что я сидел. – Как не собирался?

Я вспомнил, как поначалу самурай высокомерно относился ко мне, как насмехался надо мной и подумал, что возможно он сейчас говорит правду.

Хотя, зачем ему врать? Так что это всё действительно правда.

– Как так получилось? – спросил я уже спокойнее.

– Я шёл по своим делам и остановился, чтобы развлечься, посмотреть на драку двух человеческих болванов. И в тот момент, когда твой соперник занёс над тобой меч, что-то произошло, время остановилось, и ты вдруг увидел меня, протянул руку, выхватил мою катану и дал ей имя. Так и получилось, что я внезапно и поневоле одарил тебя. Стал твоим духом, хотя не собирался. Я вообще после Кашинохи не собирался никого одаривать, а тут ты! И главное, сходу дал имя…

– И как я назвал катану? – ошарашенно спросил я.

– Лядь, – ответил самурай.

И я вспомнил, как выругался, когда увидел лезвие, летящее на меня.

– Охренеть! – это всё, что я мог сказать. И тут до меня начало помаленьку доходить: – Получается то, что я превращаю в меч всё, что попадает мне в руки…

– Это твоя способность, не моя, – продолжил мою мысль самурай. – Ты умеешь создавать духов. И ты можешь объединять мир духов и мир живых. Ты и есть избранный. Не Кашиноха, ты.

У меня не было слов. Получалось, что Акаи Акума очень хотел стать духом избранного и пошёл за Кашинохой, но промахнулся. И тут подвернулся я и случайно… Случайно же? Сделал его своим духом.

– Н-да. Ирония судьбы или с лёгким паром, – прокомментировал я свои мысли. – Получается, твоё желание стать духом избранного в конце концов исполнилось?

Акаи Акума не успел ответить – раздался стон, и самурай заботливо склонился над Кашинохой.

Я смотрел, как он поправляет одеяло, и думал о том, что я не так много знаю об этом мире, но я могу создавать духов, и это у меня неплохо получается. И я уже создавал излечивающего духа – лепестки в заколках девчонок обладали таким качеством.

А что? Хорошая идея!

Я не стал откладывать дело в долгий ящик. Закрыл глаза и начал придумывать лечащее одеяло.

Не прошло и пяти минут, а я уже укрывал Кашиноху духовным одеялом с подогревом и функцией энергодонора.

Кашиноха глубоко вздохнул. На его щеках появился румянец.

Повернулся на бок и задышал ровно и глубоко.

– Теперь ему просто нужно выспаться, – сказал я самураю. – Проснётся, будет как огурчик! А мне нужно спасти своих. Ты мне поможешь?

– Спасибо! – серьёзно ответил Акаи Акума. – Спасибо за Кашиноху. И да, я помогу тебе. Мы освободим твоих близких. Но не сегодня.

Меня словно по лицу хлестнули.

– Почему? – вырвалось само.

– Ты должен дожить до испытания и выдержать его.

– Срать я хотел на испытания! – заорал я. – Эти суки инквизиторы сначала подвергли опасности моих друзей. Но когда через них не смогли достать меня, то похитили мою семью! Всех, включая маму и сестрёнку! И слуг… Я не собираюсь играть по их правилам!

Акаи Акума внимательно слушал меня и кивал. Он не спорил, а соглашался. И это немного отрезвило меня.

Когда я замолчал, самурай сказал: