Я покорно прошел за ней. Девушка открыла дверь своим ключом, и первая вошла внутрь. Ничего нового внутри помещения я не увидел. Все было стандартно. Одно только меня вновь озадачило. Обычно там, где останавливаются женщины полно всяких разбросанных шмоток, различной косметики, конфет, расчесок и прочих бытовых принадлежностей слабого пола. У Кати я не заметил ни одной из этих штучек. Заинтересовавшись этой странностью, я попытался взглядом найти тогда чемодан или какую-нибудь дорожную сумку, потом стал искать хотя бы дамскую сумочку побольше, но ничего кроме маленькой сумочки, той, что была с ней в ресторане, я не увидел.

Катя, встав посреди комнаты, задумалась. Потом что-то решив для себя, махнула рукой.

– Не буду переодеваться. В джинсах удобно. Рубашка с длинным рукавом. Если сверху будет еще и дождевик, то будет очень тепло, – она развернула полиэтиленовый плащ и надела его. Усевшись на кровати, девушка скинула мокасины и, взявшись за сапоги, натянула их на ноги. – О, чудо! Они как раз! У Вас хороший глаз! Тютелька в тютельку! Я готова. Идем?

– Пойдем. Сколько у нас времени?

– Весь день. Правда, я не могу без еды. Завтрак, обед и ужин – обязательные процедуры в моей жизни. Люблю покушать. Понимаю, что в моем возрасте надо уже следить за собой. Но пока ничего не могу с собой поделать!

– Да бросьте! У Вас замечательная фигура и следить за ней пока нет необходимости, – честно заявил я на её неприкрытое кокетство. Конечно, она прекрасно знала, что является обладательницей очень красивых форм, но, как и всем женщинам, ей, видимо, тоже требовалось вербальное восхищение ее красотой.

Вдруг завибрировал мой телефон. Я достал его из кармана, извинившись перед Катей. Звонила Маша с ресепшен, просила зайти. На мой вопрос, нельзя ли всё решить по телефону, она ответила отрицательно.

– Катя, извините, я оставлю Вас на пять минут. Подождете?

– Конечно! – легко согласилась она.

Я оставил свою гостью и быстрым шагом почти побежал на ресепшен. Дело оказалось пустяковым и практически разрешилось само, без моего участия. Татьяна Сергеевна – сменщица Маши опоздала и не перезвонила. Прошел час, как должна была произойти смена, но никого не было. Но буквально за минуту до моего появления сменщица, пожилая женщина, приехала на работу. Её привез муж, у которого в дороге пробило колесо, и они задержались, меняя его. Позвонить женщина не могла, так как в довершение ко всему забыла телефон дома.

Пожелав Маше хорошего отдыха, а Татьяне Сергеевне легкого дежурства, я вернулся к ожидавшей меня Кате. Она стояла на веранде и ждала меня. Я поднялся к ней.

– Ну, я готов.

– Очень хорошо, пойдем!

Мы вышли в туман и сырость. Катя закрыла за собой дверь, но на ключ запирать не стала. На мой вопрос, отчего она не заперла домик, девушка отмахнулась, заявив, что брать у неё нечего и вряд ли найдутся воры среди постояльцев отеля. Я пожал плечами. В конце концов, это дело каждого гостя и не в моих обязанностях следить за этим. Конечно, в случае кражи, у отеля могут возникнуть неприятности, но они больше моральные, чем материальные. Полиция, допросы, обыски, – всё это отрицательно сказывается на имидже отеля. Поэтому, все отельеры, во всем мире, хотя и заявляют во всеуслышание, что не несут ответственности за пропажи, тем не менее следят за сохранностью вещей постояльцев.

Вода чавкала под тяжестью наших тел, обутых в резиновые сапоги. Песочная почва не успевала впитывать небесную влагу, и кругом стояли лужи, большие и маленькие. После нас в песке оставались глубокие следы. Обернувшись, я полюбовался картиной дождливого приморского дня. Мне показалось, что кто-то сфотографировал мой отель в режиме сепия. Краски, которыми обычно наполнены эти виды в солнечную погоду, куда-то исчезли. Серое, свинцовое небо, черно-белые дома, деревья и даже трава потеряла свой неизменный в это время года зеленый цвет. Впереди шумело море. Его серо-коричневые волны с грохотом разбивались о песчаный берег и откатывались обратно.

– Пойдем к воде, – тихонько попросила Катя.

– Хорошо, – согласился я и мы стали спускаться с дюны на пляж. Зонтики там были собраны, а шезлонги сложены в одну большую стопку, так как в ближайшее время загорающих и плескающихся посетителей гостиницы не ожидалось.

Мы подошли к самой воде. Ветер здесь даже усилился несмотря на то, что мы спустились с дюны. Я невольно закрыл глаза и подставил лицо под брызги разбивающихся волн. Так мы простояли минуты две. Девушка стояла рядом и молчала. Внезапно Катя, будто решившись на смелый шаг в неизвестность после долгой борьбы, обернулась ко мне и бросилась мне на шею. Её дыхание было прерывистым, словно она только что пробежала метров сто.

– Милый, любимый, родной… как я соскучилась по тебе… я не могу больше сдерживать себя! Прости меня! – она стала осыпать меня горячими и влажными поцелуями и сжимать в своих объятиях.

Я стоял, опустив руки по швам и ничего не понимал. Что с ней произошло? В своем ли она уме? Что она говорит? Я не отстранялся, но и не отвечал на ее горячие поцелуи. Она, почувствовав, что я ошеломлен, легко оттолкнула меня.

– Прости!

– Я ничего не понимаю! – пробормотал я.

– Забудь! Или… нет… потом, через некоторое время ты всё поймёшь… А сейчас забудь. Я не должна была… мне нужно было сдержаться!