Затянутый пояс не давал глубоко вздохнуть, но перевязывать на ходу я не стал, чтобы не потерять с таким трудом завязанные штаны.

Наконец, мы выскочили во внутренний дворик. И я увидел разминающегося отца.

Юкико остановилась и молча согнулась в почтительном поклоне.

Отец увидел нас. На лице его появилось выражение величайшего презрения и гнева.

– Ты украл у меня время! – прогрохотал его голос, несмотря на то, что говорил отец тихо.

– Простите, – я тоже согнулся в поклоне.

Отец едва шевельнул рукой и Юкико убежала, только пятки засверкали.

Я в этот момент по-чёрному завидовал ей.

– Мало того, что ты украл моё время, – начал читать мне нотации отец. – Так ещё и посмел явиться в таком виде!

Я не понимал о чём он. У меня была такая же кейкоги, как и у него. Даже пояс у него тоже был белый. Но я не посмел ничего сказать.

Отец помолчал немного, потом негромко пробормотал:

– Неужели открытие дара настолько повлияло на тебя…

Я промолчал. Хочет думать, что это открытие дара, пусть думает. Главное, чтобы не спросил, где настоящий Кеншин. Потому что у меня ответа на этот вопрос не было.

– Хорошо, – сказал отец. – Раздевайся.

На мой недоумённый взгляд пояснил:

– Покажу, как правильно надевать хакаму и как повязывать оби.

Я послушно распутал пояс, снял куртку.

Отец увидел узлы, которыми я укрепил штаны и его брови поползли вверх, видимо, тут я накосячил сильнее всего.

Но невозмутимость и высокомерие быстро вернулись на лицо отца, и он начал объяснять:

– У хакама должно быть семь складок. Две сзади и пять спереди, из них – три справа, две слева. Складки символизируют семь добродетелей пути воина. Воин должен быть великодушным, иметь честь, быть вежливым, мудрым, искренним, верным и должен почитать старших…

Отец перечислял добродетели, и под каждую закладывал складку на широких штанах. Все завязки оказались расположенными очень удобно. А сам процесс надевания штанов понятным.

Пояс тоже, как выяснилось, нужно завязывать не на талии, а на бёдрах. Ну, ок! Буду завязывать на бёдрах.

После отец сказал мне разминаться. Но, увидев мои телодвижения, вздохнул и начал показывать упражнения, постоянно поправляя меня и рассказывая о движении чи, о том, как нужно подготовить тело, чтобы чи текла свободно по всем каналам, и чтобы я без труда мог направить её в нужное мне место.

Я ни фига не понимал и не чувствовал никакой чи.

А потом началось моё избиение, называемое отцом тренировка. Честно сказать, мне и разминки хватило выше крыши, но у отца на мой счёт было другое мнение.

Он гонял меня по площадке и щедро награждал ударами.

Я как мог уклонялся. Пытался уклоняться. Ни разу не получилось.

А ещё я с тоской посматривал на деревянные мечи, которые лежали на помосте. И с ужасом ждал, когда начнётся тренировка на мечах.

К счастью, отец ограничился кулаками. Даже не кулаками, а пальцами, но мне казалось – кувалдами.

Наконец отец остановился. Видимо ему надоело гонять меня по площадке. Посмотрев на меня, он сказал:

– Пойми, Кеншин! То, что ты смог ранить Хидеки, это случайность. Он от неожиданности потерял равновесие духа. Но больше такого подарка тебе никто не сделает. Если хочешь остаться в живых, ты должен тренироваться. И, Кеншин… – в голосе отце промелькнуло сожаление, а может, мне это только показалось. – Ты встретишься с врагами один на один. Я не смогу отправить с тобой телохранителей. Я не могу уронить честь клана. По этой же причине ты не будешь пропускать школу.

Отец дал мне время на осознание сказанного.

У меня, признаться, мороз по коже пробежал. Промелькнула мысль: а может, лучше было бы не лезть через забор, а посидеть ещё за гаражами, не вечно же Грач со своими прихвостнями торчал бы во дворе? Но следом пришла мысль, что сделано, то сделано. И теперь нужно как-то жить. Настолько долго, насколько смогу.

Отец кивнул, как будто прочитал мои мысли, и сказал:

– Сейчас иди обедай и учи уроки. Вечером в восемь часов жду тебя на тренировку.

У меня даже язык не повернулся просить об отдыхе.

В свою комнату я возвращался один. Отец же взял тренировочный меч и продолжил тренировку.

На удивление, я запомнил дорогу. Видимо, сказалось то, что постоянно приходилось сбегать от Грача, и я научился хорошо ориентироваться на местности. Полезный навык, скажу я вам!

Несмотря на то, что поместье моих японских предков было не маленькое, с квартиркой в России и сравнивать нечего, всё же я понимал, куда мне нужно идти. Вот только мне срочно требовался душ – я весь пропотел. Моя одежда была мокрая, хоть отжимай! Плюс, вываляная в пыли. Нужно было помыться и переодеться.