Шрифт:
Он оглянулся, чтобы убедиться в своих догадках, и да, за ним бежала Фернанда. Подобрав подол платья, она спешила нагнать его:
– Остановись же! Глупец!
– Глупец, - усмехнулся себе под нос Ален, но так и продолжал медленно удаляться.
– Да, это я.
Фернанда нагнала его и схватилась за уздцы коня:
– Ты специально, да? Снова издеваешься?
– улыбалась она, надеясь, что собеседник хотя бы взглянет в ответ.
– Ну же... Скажу тебе, дорогой, что правы вы были в догадках. Повезло вам. Деньги везут именно эти французы. Уйдёшь, упустишь шанс!
– Мне всё равно, - вырвал уздцы из её рук Ален и хотел было продолжить путь, но Фернанда упрямо остановила коня и села верхом:
– Вместе тогда уедем!
– Ещё чего, - усмехнулся вновь Ален.
– Дурачок, - засмеялась Фернанда, любуясь им.
– И мне по нраву тебя дурачить. Знаю, знаю, от чего ты уходишь да почему. Но не знаешь ты, что играю я со многими, но не с тобой.
– Дура здесь ты, - взглянул он, обняв коня за шею и показательно натянув улыбку.
Фернанда ласково улыбалась и не менее ласково говорила, наклонившись к нему ближе:
– Знал бы ты, кто тот офицер! Представь, что было...
Она стала рассказывать всё, что происходило, что шептал на ушко тот французский офицер, с которым уединилась в деревенском домике на ночь, не смотря на то, что Ален был полон ревности и совершенно не желал, чтобы она проводила ночь с кем-либо иным теперь, когда у неё есть он...
…Но... В ту ночь Фернанда послушно последовала вместе с французским офицером, надеясь выведать у него, кто они и что везут в тех таинственных сундучках. Она не знала ещё, кто он, совершенно не узнала, не помнила, пока тот не стал страстно обнимать и нашёптывать:
– Помнишь меня, знаю, - скользили его руки по её извивающемуся телу, и Фернанда внимательно слушала, делая вид, что безумно наслаждается, будто желает той же самой близости, как он.
– Я стремился найти тебя, так надеялся... И ты здесь...
– Это судьба, - согласилась Фернанда и поддалась на жаркий поцелуй в губы, после чего заметила в окне ошарашенного увиденным любимого.
Продолжая флиртовать с офицером, Фернанда решила зашторить все окна и скоро вновь оказалась в неудержимых объятиях офицера.
– Не спеши, мой хороший, - ласково шептала она ему, пытаясь поиграть как можно дольше.
– Называй, как просил, просто Эмиль, - и, как только он произнёс своё имя, Фернанда вспомнила, кто это: тот самый офицер, что не так давно помог пробраться в покои короля, пока тот ещё был в Витории.
– Эмиль, дорогой, времени мало, - улыбалась с сожалением Фернанда.
– Мне помощь нужна, а то достанусь всем и каждому.
– Что случилось?
– насторожился тот, сев на краю постели и усадив её к себе на колени.
– Тебя кто-то обидел?
– Укрыться мне надо, а выжить здесь невозможно, ты же знаешь, - с печалью молвила она.
– Тебе надо бы перебраться, скажем, во Францию, - улыбнулся Эмиль.
– У меня есть дом, где ты всегда будешь обласкана.
– Помоги же, - гладила Фернанда его по плечам и целовала нежно лицо.
– Только тогда смогу поверить да быть полностью твоей.
– Вот даже как?
– удивился Эмиль, но по глазам было видно — был готов на всё ради неё, как преданный пёс, что было на руку...
– И он так тебе и рассказал всё?
– усмехнулся с неверием Ален, прервав рассказ Фернанды.
– Да, - кивнула та.
– Ничего между нами больше не было. Не позволила, пока не докажет свою преданность. Он даже сказал, что поможет и деньги чтоб удалось выкрасть, и не дать остальной королевской семье покинуть Испанию.
– Не знаю, даже... Верить ли тебе, - повёл коня за уздцы Ален, не сводя счастливого взгляда с нежных глаз Фернанды, в которых читал ответные тёплые чувства...
Глава 40
– Так значит, ты не удосужился разглядеть эти цветы?
– вопросила Фернанда сразу, как только Ален стал вести коня, на котором она восседала, как королева, на шее которого так и висел цветочный венок с лентами.
Любимый шёл к ней лицом, не сводя глаз, и улыбался, ощущая себя на самой высоте счастья, которое, как казалось, было утеряно и вот, вернулось...
– О чём это ты?
– удивился он.
– А о том, что знак там тебе был от подруг моих, чтобы ждал и верил мне, - вздёрнула она бровями, и Ален остановил коня.
Он перебрал несколько лент в цветочном венке на лошади и остановил свой взгляд на надписи: «Верь Ф и жди».
– Тебе повезло, что я не умчался отсюда так быстро, как мог, - усмехнулся с вернувшейся обидой Ален.
– Как ты могла его целовать, позволять себя ласкать?!